Всем известно, что именно с заболевшими медиками происходят самые непредсказуемые осложнения и самые нелепые врачебные ошибки.

– Так вот, Мила, передай всем, ни в какую Германию я не поеду.

– Почему? Деньги мы сами соберем.

Спасский поморщился:

– Я своих пациентов в Германию не отправлял. Сам оперировал, как умел. А теперь моя очередь наступила. Как я лечил, так и меня вылечат.

– Ты очень хороший врач.

– Значит, волноваться не о чем. – Он снова попытался улыбнуться, но Мила поняла, что его силы на исходе.

Она поднялась.

– Та в той Германии доктора… – загадочно протянул Натуралист и вдруг пустился в воспоминания о своих студенческих годах.

Под его тягучую южную речь Спасский быстро задремал, а Мила тихонько вышла из палаты.

* * *Из-за предстоящей замены проводки, на которой настаивали мастера, Интернета в квартире все еще не было, и Женя общалась с мужем в видеорежиме мобильного телефона. Изображение замирало, рассыпалось на квадратики, а тембр голоса искажался настолько, что Жене казалось, она говорит с роботом. Поэтому супруги, посмотрев друг на друга, обычно отключали видео.

Долгосабуров часто расспрашивал Женю о ее институтских делах и между делом сообщил, что у него нет высшего образования.

– Не может быть! – изумилась Женя.

– Может. У меня среднее специальное, я окончил медучилище. Видишь, как мало ты обо мне знаешь.

– Потому что ты ничего не рассказываешь! Неужели ты стеснялся признаться?

– Нет… Просто это давно перестало иметь для меня значение.

– Но почему ты не пошел учиться дальше?

– Видишь ли, мама воспитывала меня одна, денег было мало, и я не хотел сидеть у нее на шее. После восьмого класса пошел в училище. Я собирался поступать в институт после армии, но не сложилось. А потом бизнес закрутился, не бросать же его ради студенческой скамьи… Ты думала, наверное, что вышла за интеллигента?

Женя засмеялась:

– Я вышла замуж за тебя! И люблю тебя даже без диплома!

– Правда? А то пойду учиться! – пригрозил муж.

– Ты где сейчас? – Женя следила за его переездами по географическому атласу, найденному в квартире.

– В Харбине. Здесь дикий холод! А завтра полечу в Петропавловск, у меня там переговоры на несколько дней. Потом придется возвращаться.

А однажды Женя сообщила мужу, что собирается попросить риелторшу побольше разузнать о прежних хозяевах квартиры.

– Это еще зачем? – резко спросил он.

Женя замешкалась с ответом, ведь она не рассказывала Косте ни о портрете, ни о памятнике.

– Вот видишь, ты сама не знаешь. Не стоит попусту дергать занятого человека.

– Но…

– В Библии сказано: пусть мертвые хоронят своих мертвецов. Квартира теперь твоя, что еще надо?

В голосе мужа звучало раздражение, и Женины глаза немедленно наполнились слезами.