Мне в спину уставились две пары глаз, но никто ничего больше не произнес. И правильно, сейчас мне было не до пустой болтовни. Я намеревался заняться важным делом - выяснить, что, черт побери, произошло.

И просто взглянуть в глаза той, которая, как выяснилось, до сих пор жила у меня в сердце.

Глава 3

- Наша Евочка? Действительно это она? - восхитилась мама, когда я прибыл домой вечером и рассказал ей в деталях, где сегодня был и что видел.

Она разве что в ладоши не захлопала от счастья под внимательным взглядом сидящей у нее на руках внучки.

- Она не наша, мам, - откликнулся я, сцепляя зубы.

Сцена расставания, когда я поступил довольно грязно, хоть это и была вынужденная мера с моей стороны, встала перед глазами, как будто случилась со мной и Евой буквально вчера.

- Наша-наша! Если Ева родила двойняшку Лены…

- Тссс! - велел матери. - Давай не при ребенке.

И хоть моя дочь вряд ли понимала хотя бы десятую часть в эко, близняшках и прочем, я не хотел потом слышать миллион вопросов, ответов на которые у меня не имелось.

- Ленусик, иди, поиграй, я сейчас к тебе приду, - сказала мама, бодро ссаживая с рук внучку. - Потом спатеньки, потом мне еще по хозяйству нужно.

Я выгнул бровь. Как дуться на меня - так бежит, не уложив ребенка. А как про Еву услышала, так едва тут не поселиться готова.

- Ты должен поехать к ней и все выяснить! - заявила родительница, когда Лена умчалась в детскую.

- О чем, мам? У нее просто похожий ребенок, вот и все, - ответил устало, хотя, конечно, вполне себе собирался отыскать по номеру машины сначала этого мужика, черт бы его побрал, а потом и саму Еву.

- Нет, не похожий. Как-то так вышло, что она выносила близняшку Лены.

Я нахмурился и присел рядом с мамой.

Эта мысль, что скрывать, тоже не давала мне покоя. Найти бы Августу, да выяснить, что там творилось в клинике, где мы делали искусственное оплодотворение. А хотя, зачем искать? Я ведь вполне могу разузнать все сам.

- Что ты станешь делать? - задала вопрос мама, когда я уже начал формировать в голове план.

- Сначала поеду к знакомым, которые помогут разобраться, кто хозяин машины. Пробьем по номерам. Потом попытаюсь адрес добыть. Ну и к Еве съезжу, пусть расскажет, как так вышло, что у нее ребенок - точная копия моего.

Я говорил это мрачно, потому что злился.

Да, черт побери! Я испытывал именно это чувство. Злость на то, что возвращалось прошлое, где я, мягко говоря, был тем еще резиновым изделием номер два. Злость на то, что у Евы был какой-то хахаль. Злость на то, что четыре года назад за моей спиной, похоже, в той клинике что-то случилось.

И злость на то, что я вообще ни о чем не знал и ничего не ведал.

- Все же это судьба, - с благоговением сказала мама, и когда я к ней повернулся, расплылась в довольной улыбке.

Я с ней был не согласен. Ну, или согласен отчасти.