Я со вздохом насыпал желейки в накопители, и после моей указки Москаленко радостно уничтожил защитные огневые точки. Те, которые не смог поломать маньяк Шнырька, и до операторов которых не смогли добраться несколько призванных мной тварей. В общем, коллективная работа, ага!
Таким образом, мы спокойно перелетели через границу, но даже это не гарантировало безопасность, ведь были еще Имперские гарнизоны. И тут я реально испытал шок. По правде говоря, я думал, что в Империи дела с обороной дальних рубежей обстоят намного лучше, а оказалось не так. Сюда даже не прилетела группа перехвата, и со мной не связались имперские войска, чтобы выяснить, кто я да что.
— Здесь Байкальский Хребет и земли Виконта Громовицкого, — дал мне пояснение Москаленко, словно мне должно было это обо всем сказать.
— И что?! Это, мать его, государственная граница, а не проходной двор!
— Командир, я здесь при чем? — нахмурился Дима, подняв забрало шлема. — Последнее время дела обстоят всё хуже и хуже. Несколько пограничных гарнизонов вообще законсервировали до лучших времен. А нас использовали как «затычки», в основном для охоты на караваны местных контрабандистов. Но по ним хрен поймешь — контрабасы это или переодетые вояки, которые с тяжёлой техникой «прощупывают»границу.
— Извини, Дим, — буркнул я.
Моему негодованию не было предела, а все почему? Да потому-что я живу рядом. Тут-то я и понял, в какой заднице мы все находимся, и то, что раньше не придавал этому значению считаю своим косяком. Как только вернусь домой, сбегаю в десяток Разломов, даже не делая перерывов на отдых. Я всегда лучше соображаю в битвах на истощение.
Надо будет Анне дать задачу собрать мне полный пакет аналитики.
"Что мне делать, если на Иркутск попрет вся эта орава? Он, конечно, может и продержаться, а может и нет.





