Марк говорит, что как только будут готовы все анализы, и они приведут сахар в крови Александра в допустимые для операции пределы, они его прооперируют.

– Ясно. Значит, обсуждать тут нечего. И с протезами люди живут. На Олимпиаде вон участвуют, значит, и ты справишься! Подумаешь, протез. Нога же левая, значит, и за рулем сам сможешь ездить.

– Мама, – Сашка смотрел на мать и даже улыбнулся, – ты у меня самая лучшая!

– Теперь, что касается Эрика и нашей дальнейшей жизни! – услышала Лиза голос Германа, – я понимаю, как сейчас, это прозвучит, но всё-таки я скажу.

Я не могу переехать на свою историческую Родину, значит, придется, Элизабет, тебе переезжать сюда. Откроешь здесь филиал своего языкового центра. Здесь тоже есть люди, желающие изучать язык у носителя языка. Мой секретарь провел обзор рынка услуг на этом поприще – вот выкладки, – Герман подвинул на столе папку, – услуги твоей фирмы будут пользоваться спросом. С юридическими вопросами тебе помогут.

Элизабет машинально кивнула, и Герман продолжил:"

"– Элизабет, мой дом достаточно просторный, так что, места здесь всем хватит. Меня ты стеснять не будешь, поверь! Вильма хотела, чтобы Эрик рос в полноценной семье.

Саше предстоит долгий путь, если не к полному выздоровлению, сахарный диабет ещё не научились вылечивать, так к полноценной жизни, пусть и на протезе. Одного его мы с тобой тоже оставить не можем, верно? – Герман смотрел на Элизабет, и она опять кивнула соглашаясь.

– И да, я ему предложил работу, так что на шее он сидеть не будет, правда, какое-то время поработает из палаты, потом из дома. Сейчас, в век повсеместного интернета, это не проблема! – на эти его слова вместе с Элизабет кивнул уже и Саша.

Герман замолчал, и слышно было, как в комнате Эрика играет музыка на карусельке с игрушками над его кроваткой.

– Мам, ты согласна? – нарушил тишину Саша.

А Элизабет переводила взгляд с сына на Германа и обратно. Эти два сильных мужчины уже всё за неё решили. И, наверное, скажи ей это кто-то другой, она бы обиделась, но сейчас, у неё будто гора с плеч свалилась. Вот так быстро и просто все её сомнения были отметены в сторону, а проблемы решены. И она смогла улыбнуться. А улыбнувшись, увидела, как и Герман, и Саша облегченно выдохнули.

Выходит, они всерьез думали, что она может не согласиться с этим? Сейчас её ничего, кроме работы, не держало в родной стране, но работа не может заменить семью, а её семья сейчас вся здесь, в этой стране и в этом конкретном доме.

– Спасибо! – только и смогла она выговорить. Герман, услышав это, удивленно вздернул брови, а сын улыбнулся и кивнул.

Их идиллию нарушил звонок Сашиного телефона. Вытащив его из кармана, он удивленно поднял брови и произнес:

– Отец.