И лишь когда все кончилось, она вытащила мобильник, успокаивая взбесившееся дыхание, раскрыла его.
– Да.
– Привет, дорогая. Где ты?
Звонил Артем. Надо же как не вовремя.
– В дороге...
– Трубу чего не брала?
– Да сумка на заднем сиденье была...
– Ну, понятно... Дома когда будешь?
– Да я уже совсем близко. Минут через пятнадцать буду.
– Хорошо, через полчаса я тебе на домашний позвоню...
«Разбег-взлет-падение» отнял у Юли много сил – хотелось лежать пластом под приятным гнетом остаточного удовольствия. Но, увы, надо было подниматься и ехать домой. Пусть он и провинился перед ней, все равно нельзя давать ему повод для подозрений...
Радик не хотел, чтобы она уезжала, но и остановить ее не мог. С тоской смотрел, как она одевается, как выходит в прихожую. Так смотрел на нее, как будто провожал навсегда.
– Если что-то случится, звони, – с мрачным видом изрек он. – Я приеду, разберусь. Ты только скажи: я башку ему в два счета откручу...
– Ничего не случится, – вымученно улыбнулась она.
Не хотела она ехать домой. Такое ощущение, будто ждет ее там что-то страшное... Но ведь это тревожное чувство может быть всего лишь спутником ее супружеской измены. Всем, кто что-то скрывает, присущ страх разоблачения. Чем весомей тайна, тем гуще страх...
Дверь в свою квартиру она открыла ровно через двадцать семь минут после того, как позвонил Артем. Все-таки успела. И тут же зазвонил телефон... Как хорошо, что она успела...
Она взяла трубку, но услышала лишь унылый сплошной гудок. И тем оглушительней был эффект, который произвел на нее раздавшийся за спиной голос Артем.
– Ну, здравствуй, дорогая!..
Он выходил к ней из кухни. Двухдневная щетина, спортивный костюм, в руке хайбол с виски. Губы кривила презрительно-зловещая ухмылка.
– А-а... Почему ты не в больнице?
– Ты еще спроси, почему я не на кладбище... Когда вы с Радиком собираетесь меня туда отправить?
– Мы?! С Радиком?! О чем это ты? – побледнела Юля.
До нее уже дошло, что случилось непоправимое.
– Где ты сейчас была?
– На работе задержалась. Дел много... Я же до обеда у тебя в больнице была...
– Я спрашиваю: где ты сейчас была? – пугающе смотрел на нее Артем.
– Я же говорю...
– Со мной ты говоришь. А с Радиком трахаешься... Я все знаю, тварь. Я. Все. Знаю...
– Ты... Ты не так все понял... Я... Я сейчас тебе все объясню...
– Да нет, это я тебе объяснять сейчас буду...
Он надвинулся на нее неотвратимым роком, сначала выплеснул в лицо виски, а затем разбил у нее на голове бокал из тонкого стекла. В какой-то момент Юле показалось, что она теряет и сознание, и почву под ногами. Но все же она восстановила равновесие, удержалась на ногах. С ужасом уставилась на мужа. Он уже опустил руки и молча испепелял ее злобным взглядом.
– Зачем ты так? – спросила она.
Ответом послужила мощная пощечина справа.
