Разбежался. Ни за что! Что, не нравится быть на мушке? Может, теперь меня услышишь?

– Я возьму свои вещи и уйду. Брось мне мой телефон, – командую ему.

У Леона даже ни один мускул на лице не дернулся. Он снова делает шаг в моем направлении.

– А то что? Пристрелишь меня? – издевается и противно хохочет. – Ахахаха. Ну давай, крошка, вышиби мне мозги.

Делает еще один шаг.

Явно думает, что у меня кишка тонка."

"Пристрелить, возможно, да. Но выстрелить в ногу – смогу!

Прицеливаюсь в бронзовую фигурку, стоящую у камина за его спиной, и нажимаю на курок.

Попадаю точно в цель, хотя она размером с яблоко и в пяти метрах от меня.

От звука выстрела девушки вскрикивают и валятся на пол, закрывая головы руками.

Снова направляю ствол в грудь Леона.

Он медленно оборачивается. Смотрит на разбитую статуэтку. Его брови на мгновение взлетают вверх от удивления.

Переводит взгляд на меня. Оценивающе кивает, респектуя точному выстрелу.

Похоже, думал, что я впервые пистолет в руках держу.

Но в глазах у него по-прежнему нет и тени страха или паники — обычной реакции любого нормального человека.

Психопат гребаный!

Слегка склонив голову на бок, он спрашивает:

– Ты кто такая? – в его голосе слышится угроза.

На звук выстрела прибегают амбалы. Леон стоит набычившись. Заметно напряглось его тело. Словно готов в любой момент бросится на меня.

Хоть пистолет и у меня в руках, но я все равно начинаю дрожать от страха.

– Тебе лучше отпустить меня! – собираю всю свою храбрость. – Мой отец – крупная шишка! – выкрикиваю, коря себя за срывающийся голос.

– Я тоже, – надменно хмыкает Леон, – крупная шишка.

Понимаю, что он мне ни на грамм не поверил.

– Отдай телефон и позволь мне уйти.

Он ухмыляется и поднимает руки вверх:

– Боюсь, боюсь! – подтрунивает надо мной. Потом продолжает серьезно. – Ты в моем доме направляешь на меня пушку. Даже, если ты уйдешь, думаешь я тебя не найду?

Паника в груди охватывает меня почти полностью. Накатывает тошнота.

– Кидай телефон, или следующий выстрел – тебе в ногу. Будешь искать меня, прыгая на одной ноге, – цежу настолько свирепо, насколько вообще способна.

На лице Леона оскал, как у дикого зверя. Даже на секунду думаю, что прибьет меня.

Но, к моему облегчению, он поворачивается спиной. Подходит к столику, берет смартфон и кидает мне.

Я не ведусь на это. Не свожу глаз ни с него, ни с охраны.

Телефон бесшумно падает к моим ногам на мягкий ковер.

Медленно опускаюсь, поднимаю его. Леон и его бычки сосредоточенно следят за каждым моим движением. Убираю телефон в сумочку. Медленно двигаюсь к выходу по периметру гостинной.

Указываю амбалам пушкой, чтобы отошли от выхода. Те стоят не шелохнувшись. Смотрят на Леона.