Василий Яковлевич вернул на законное место рюмочки и наполнил.
– Давай, Алеша, за твою формулу! Такое волшебство сотворила!
Часы упорно показывали запас времени. Оставаться в сыске и вести непринужденную беседу, сверкая умом и сообразительностью, Пушкин больше не мог. Сославшись, что опаздывает, он надел пальто и ушел в морозную ночь сочельника.
10Перроны Николаевского вокзала были пусты. Одинокая фигурка дежурившего жандарма мерзла в полутьме. Ночной поезд пыхтел свежим паром. У вагона первого класса стояла дама в теплом дорожном жакете и меховой шапочке.
Ничуть не торопясь, Пушкин подошел и тщательно зевнул.
– Прошу простить, мадам Керн, сморило в сыске.
– Агата, меня зовут Агата, – еле сдерживаясь, сказала она.
Нарочно медленно, как ей показалось, Пушкин полез внутрь пальто, затем протянул ей шелковую варежку с меховой опушкой.
– Обронили в «Славянском базаре».
Агата чуть не швырнула варежку под колеса поезда.
– Это все, господин Пушкин?
Ей показалось, что непроницаемый бесчувственный человек что-то хочет сказать. Ему надо помочь.
– Знаю, что посторонним лицам не дозволено совать нос в дела сыска, – сказала она с легким вызовом.
– Смотря в каком.
– Куда пропали брильянты Ольги Петровны и сестер?
Этот человек умел вывести из себя даже такого ангела, как она. Ведь знает, что до отправления остались считаные минуты, и тянет с ответом. Бессовестный!
– Расскажу, – наконец произнес он. – При условии, что сначала ответите на мой вопрос.
– Согласна! – быстро сказала она.
– Гипотеза: Королева брильянтов – не выдумка, а реальная женщина. Умная, ловкая, хитрая, красивая. В точности вы, Агата.
Одним движением мешавшая вуаль была закинута на шапочку.
– И что с того? Арестуете меня? – спросила она с вызовом.
– Как могу арестовать агента корпуса жандармов?
– Раз не можете, то и спрашивать… незачем.
– Благодарю за честность, – сказал он. – Мой черед. Брильянты сестер никуда не пропадали. Ольга Петровна решила подстраховаться с передачей наследства, припрятала и свалила исчезновение на мертвого мужа. В чем и призналась.
