Станислав глянул на экран лидара, потом, непонимающе, на навигатора – к чему это он? Встретить другой космолет вне трассы – редкое событие, в голову сразу лезут мысли о пиратской засаде, но около станций корабли обычно вьются, как мотыльки возле лампы, скорее странно, что он тут только один. Хотя, с учетом сектора, и это не странно.

– Поднажме-о-ом! – тут же отреагировал пилот."

"– Тед! – безнадежно возмутился капитан. – Это же не станция гашения с единственным портом, зачем нам кого-то обгонять?

– Это дело принципа!

– Какого?

– Моего!!!

Но второй корабль не пожелал состязаться с «Космическим мозгоедом» и даже притормозил, уступая ему первенство стыковки.

– Они, видимо, решили, что мы «скорая помощь» и на борту у нас тяжелый больной, – с упреком заметил Вениамин.

– Так оно и есть, – ехидно подтвердила Полина, глядя в спинку пилотского кресла.

Лидар обновил показания, и Тед разочарованно сбросил скорость.

– А, «жабы»! – презрительно бросил он. – Ну конечно, этих черта с два раскрутишь на честную игру…

– Центавриане? – умеренно заинтересовался Станислав. Тоже ничего необычного, эти ксеносы – прекрасные специалисты по любым формам жизни и часто работают в человеческих медцентрах. – Надо же, какие вежливые!

Мигающий огоньками диск (в диаметре вдвое больший, чем «Космический мозгоед» в длину) вообще остановился, откровенно пропуская транспортник вперед.

– Глупо как-то вышло, – взговорила в Вениамине врачебная этика. – Вдруг это как раз они с больным или к больному летят, а мы им дорогу перебежали?

– Чепуха, – отмахнулся Тед. – Кому первым стыковаться, решает диспетчер станции, а он нам пока даже запроса не прислал.

– И на мои не отвечает, противный! – надула губки Маша.

Команда выждала несколько минут. Станция продолжала хранить молчание, центаврианский диск тоже.

– Давайте выгрузим ящики на коврик перед дверью и смоемся! – мрачно пошутил пилот.

– А платить нам тоже коврик будет?

– Половину нам уплатили вперед, а вторую возьмем натурой.

Ланс уставился на Теда в немом ужасе. Когда в прошлый раз с космолетчиками расплачивались съедобной натурой, капитан не стал ее перепродавать, пустил на корм экипажу. А кормосмесь из всего экипажа ест только Ланс!

Станислав поморщился, махнул на команду рукой, как Ванесса на расшумевшихся «коржиков», и велел Маше установить связь хотя бы со вторым кораблем.

– «Космический мозгоед» вызывает центаврианское судно, повторяю, «Космический мозгоед» вызывает центаврианское судно, на связи капитан…

Не успел Станислав официально представиться, как диск стрельнул назад, будто пуговица из рогатки, и быстро затерялся среди звезд. Лидар показывал, что он продолжает набирать скорость, явно готовясь к гиперпрыжку.