Дочка генерального директора была то в хорошем расположении духа, то жутко загадочной, то психовала и не хотела никого видеть.
Волков не мог, да и не пытался понять первопричину такого поведения Элины. Что это было: аппендикс, постельный режим или доктор, который ее оперировал и встретил их в приемном покое тридцать первого числа? Наблюдать и раздумывать было некогда, что там между ними. Но заметил, как пробежала искра между Лисичкой и доктором Медведевым.
Пятого числа рано утром Элина засобиралась домой. Позвонила Волкову, вызвала, сказала, чтобы пригнал машину, и что они поедут в Москву. Сергей не хотел этого делать, но избавить всех и себя от дочери генерального директора стоило. Он был готов сам отвезти ее, передать в руки отцу и уже проститься навсегда.
Непонятно было, какая муха укусила ее, но спорить он не стал, собрал вещи, загрузил в свой внедорожник. Отогнал красный «Порше» Элины на платную крытую стоянку, чтобы была в тепле и не мозолила глаза местным криминальным личностям.
Потом долго вместе с персоналом больницы слушал крики и угрозы рыжеволосой бестии в адрес местной медицины. Что она не останется здесь ни на минуту, в этих жутких стенах с некомпетентными врачами.
Послала всех, уходила медленно, держась за те самые жуткие стены, на глазах местной медицины. Доктора Медведева среди присутствующих не наблюдалось, и Сергей был уверен, что он Элину не выписывал и о ее бегстве не знает.
Волков был согласен на эту авантюру, нужно было посетить Москву, свою квартиру, взять больше вещей, документы. Вернуться и уже действительно начать искать Анастасию. Те попытки, которые он принимал за эти дни, не привели ни к чему. Может быть, плохо искал, а может быть, хотел дать девушке подумать и остыть?
Да и свои мозги нужно было привести в норму. Но за это время, чем больше Волков думал, тем больше убеждался в том, что Настя ему нужна. Нужна эта милая, дерзкая, сексуальная и красивая Красная Шапочка. Первая и единственная женщина в его жизни, которая проникла через толстую шкуру в самое сердце.
Очаровала, свалила наповал матерого волка. А Сергей знал: если волк выбирает волчицу, то это уже навсегда, на всю жизнь, до самой смерти, это серьезно. Это законы природы, законы любви, так и должно быть. Она была именно той, ради которой он перегрызет горло любому, ради которой будет ходить на охоту, валить самых жирных кабанов и приносить в нору, чтобы она кормила их волчат.
Несколько раз приезжал к дому Насти, смотрел в ее темные окна, даже полез с расспросами к двум противным подружкам-старушкам и к Матвею. Но первые ничего не сказали, лишь грозились вызвать полицию, а Матвей, как ни напрягал свою память, так и не смог вспомнить даже название поселка, где жили родители Ветровой.
