– Как хочешь. Но у меня много работы, на меня возложены большие надежды, твой отец так и сказал. Филиал должен быть лучшим по всем показателям. Извини, я устал, не спал сутки, давай потом поговорим.

– Окей, целую, котик."

"Волков отключился, облокотившись на капот внедорожника, продолжал курить.

Он столько лет бежал от провинции, но она его догнала.

Глава 5

– Серый Волк, а для чего тебе такие большие глаза?

– Это для того, чтобы лучше видеть тебя, Красная Шапочка.

Мужчина скользит взглядом по лицу девушки, шее, обнаженной груди. Во рту скапливается слюна, хочется наброситься на набухший ярко-розовый сосок, облизать, засосать.

– Серый Волк, а для чего тебе такие большие руки?

– Это для того, чтобы трогать тебя, Красная Шапочка.

Он дергается, хочет потрогать ее гибкое тело, но не может этого сделать. Оказывается, он все это время привязан к кровати, оба запястья сдавливает тонкий шелковый пояс. Девушка сидит сверху, она действительно совершенно обнаженная, ерзает на нем. Член давно стоит, яйца тяжелые, но она и не думает даже прикасаться к нему.

– Серый Волк, а для чего тебе такие большие зубы?

Девушка наклоняется, красная вязаная шапочка падает с ее головы. Светлые волосы рассыпаются по плечам, она трогает, ведет тонким пальчиком по губам мужчины.

– Это для того, чтобы съесть все твои сладкие булочки и пирожок.

Дергает руками, пытаясь освободиться, уже насилуя взглядом эту развратную Красную Шапочку, которая сидит на нем, дразнит и не дает ничего сделать.

– Серый Волк, а для чего тебе такой большой… член?

Девушка сползает ниже, наконец трогает его, скребет тонкими ноготками по животу, вызывая мурашки. Задевает головку члена, сжимает его пальцами, опускается, дышит на него. Ее сочные полные губы так близко, что мужчина реально готов завыть волком.

Дергается сильнее, пытаясь вырваться, взять ее за голову, насадить этот сладкий ротик на свой стояк и почувствовать тепло и влагу.

– Ай… ай… ай… какой плохой, очень плохой Серый Волк.

– Развяжи меня, а ну развяжи, сучка…

Мужчина с силой дергает правой рукой, но кричит от боли.

– Дьявол! Да твою же мать…

Волков проснулся от острой боли в руке. Сел на кровати, потряс головой, было еще темно, но света уличного фонаря хватало, чтобы понять, что он находится в гостиничном номере. Что это был всего лишь эротический сон, которых у него не было со школьных времен.

– Только порнухи тебе, Сергей Сергеевич, не хватало для полного счастья.

Потер лицо руками, снова откинулся на подушку, прикрыл глаза и тут же явно вновь увидел ее. Девушку, сидящую верхом, с игривой улыбкой на пухлых губах. Грудь все так же призывно торчала и кричала: «потрогай меня».