— между нами с тобой действительно нет вражды, а вот остальное… чтобы спланировать осаду, тебе надо представлять уровень сопротивления — у нас такой информации нет. Мои возможности тебя вообще мало интересуют, потому что ты все равно делаешь ставку на Короля и Слугу. Так что остается последнее… тебе больно.

Сердце Хаджара пропустило удар.

— У тебя очень болит душа, мальчик, — Шенси крутанул кинжал на ладони. — и ты надеешься, что в пылу боя ты сможешь забыть об этой боли. Так вот что я тебе скажу — больно будет всегда. И та цена, которую, ты, вероятно заплатил за то, чтобы я увидел на твоем клинке эхо Истинного Имени Севера — уплаченное никто тебе не вернет и…

— Достаточно, — перебил Хаджар. — Мы пришли сюда драться, Абрахам. Мне достаточно одной Лэтэи, лезущей в душу. Мне нужны еще и советы дезертира.

Шенси прищурился.

— Сейчас обидно было, — произнес он сквозь сжатые зубы. — спишу это на твои душевные терзания, парень, но в любом случае — буду ждать извинений.

И на мгновение Хаджар, несмотря на все его мастерство, несмотря на бесконечные тренировки с нейросетью внутри подсознания, несмотря на переход на новую стадию крепости физического тела и явное усиление тела энергетического именем Севера — Абрахам все равно сумел на мгновение исчезнуть из поля зрения генерала.

— Кажется, мы закончили, парниша, — чуть насмешливо произнес Абрахам, чей кинжал оказался около горла Хаджара.

— Я думаю, что это можно назвать дружеским приветствием, — Хаджар слегка надавил на острие Синего Клинка, упершегося в живот противнику. — старик.

Глава 1720

Шенси посмотрел вниз, цокнул и убрал кинжал. Тоже самое сделал и Хаджар. Абрахам сделал едва заметный шаг, но на этот раз Хаджар, направив терну в глаза, смог различить движения старика. Какую бы технику перемещения он не использовал, но она как нельзя кстати подходила к его имени Мастера. Он действительно выглядел как лис, бегущий среди широких небес.

Вернувшись на исходную позицию, Шенси на секунду замер. Хаджар сперва недоумевал с какой стати владелец кинжалов стремится разорвать дистанцию с мечником. Логика боевого искусства наоборот велела Абрахаму лезть в партер, где у его оружия появится неоспоримое преимущество. Предчувствуя неладное, Хаджар слил воедино терну, мистерии меча и энергию Реки Мира воедино и направил в клинок.

Как выяснилось — не зря.

А еще Хаджар, внезапно, понял, что Аэй и Абрахам были связаны куда теснее, чем можно было подумать.

Старик сделал едва заметное движение рукой и лучи солнца блеснули на поверхности тонкой стальной лески. А в следующее мгновение, рассекая пространство, в сторону Хаджара устремились десятки разномастных когтей и клыков.