Пепел не пытался отыскать обходной путь на Седьмое Небо. Да и не думаю, что ему это вообще требуется. Захоти старик и ему выстлали бы туда дорогу золотом, драгоценными камнями и цветами.

Пепел действительно обладал столь чудовищной силой, что его единственного в истории смертных ставили в один ряд с Князем Демонов, Королями и Королевами Фае и Князем Демонов. Ученик дракона Ху-Чина, волшебник, узнавший таинства практически всех истинных слов и имен. И лишь последнее — имя Безымянного Мира ускользало от его разума. Как, впрочем, и от вышеперечисленных существ.

Существовала даже теория, что тот, кто осознает истинное имя Мира — сможет им повелевать. И не просто вмешиваться в Книгу Тысячи и естественный ход вещей, а действительно — повелевать. Как гончар глиной или кузнец железом.

— Он искал путь за пределы всей реальности, — подытожил Шенси."

"Хаджар нахмурился. Единственное, что он знал об этих пределах это то, что…

— Разве это не путь к Вратам Грани, которые запер Черный Генерал?

— Именно, парень, именно! — старик сплюнул и растер ногой по траве. — Единственный путь за пределы реальности — сквозь Врата, но, во-первых, дорогу к ним, если верить легендам, знает лишь Яшмовый Император и его верный пес Дергер, а во-вторых — даже если получится их отыскать, то какой прок. Печать не сломать даже Пеплу, а даже если и сдюжит, то все, чего добьется — высвободит Тварей Грани и вновь погрузит Безымянный Мир в хаос, заставив богов сражаться.

В представлении Хаджара, пусть даже он и был знаком с волшебником весьма поверхностно, тот не выглядел, как человек способный на такое безрассудств.

— Так что, — продолжил Абрахам. — опять же, если верить записям, создавая аномалии он искал способ, как обойти Врата. Оказаться в мире Тварей, не срывая при этом печати. Как по мне — абсолютно бредовая затея. Нам, смертным и бессмертным, только новой войны с Тварями не хватает для полноты счастья… Но куда мне, скромному контрабандисту, до тайн и секретов великих личностей прошлого.

В это время внизу кто-то уронил пушку и Алба-удун, набрав полную грудь воздуха, вдоволь поупражнялся в своем излюбленном ремесле — склонении чужой родословной вплоть до самых её начал.

— Зачем ты мне это рассказываешь?

Абрахам ответил не сразу. Он курил и слегка улыбался, наблюдая за тем, как гном распинает Небесного Императора. Адепта такой силы, что он мог бы стать единовластным правителем целого региона смертных. А здесь, перед лицом битвы с Орденом — простого солдата. На фоне этого у Хаджара ненадолго возник вопрос — а в чем тогда вообще смысл пути развития, если чем ближе к зениту, тем сильнее ты становишься похожим на простого смертного.

— Не знаю, парень… не знаю. Может мне кажется, что тебе понадобиться это знание.