— Вы, идите спать, — шутливо приказала я.
— Ох, строгая какая. Вся в меня! — хохотнул дедушка, потрепал меня по щеке и чуть ли не вприпрыжку потрусил в выделенную ему комнату.
Я рассмеялась, а потом окинула празднующих близких взглядом, и, не найдя господина Кори, вышла на свежий воздух.
— Это замечательное безобразие, Лайла. Простое, теплое и уютное, — с еле заметной улыбкой вздохнул тирианец, отвечая на мой вопрос. — Сложно привыкнуть снова быть... в обществе, но знаешь, я понял, что мне давно пора выйти из тени.
— Насчет твоих слов про...неяри и симбиота. Твой тир чувствует меня, да?
— Да, — признался Дайлен.
— Я понимаю, — оборвала его я. - Но нужно... нужно отпустить. Ты жив и...
— Знаю, — без возражений согласился мужчина. — Можно я...
Я сама прижалась к нему, позволяя прислониться к моей спине и положить голову на мою макушку.
— Ты очень красивая, Лайла, сейчас, когда ты настоящая, — прошептал мне мужчина. — Но... реакции тира, внешность... С тобой рядом просто тепло. Я как... живой. После того как Эсмы, Крея и... малыша Ри не стало, я... словно заледенел.
— Я хотела, чтобы тебе стало легче, — тихо проговорила я в ответ.
— Мне стало легче, ты права, — согласился Дайлер. — И затем мой тир впервые мне что-то сказал. Все это время я его почти не чувствовал. Кажется, от боли и горя он просто...заснул. Не смог справиться с моими эмоциями. Перегорел.
Мы замолчали и просто стояли в обнимку, смотря на город под нами.
— Я не буду твоей неяри, Дайлер, — произнесла я. Мужчина судорожно притиснул меня к себе. — Я знаю, что для тирианцев этот ритуал многое значит. Я взяла эту клятву с Грегора, потому что тогда он таким образом просто обозначил мой статус своей женщины, не видя иного выхода.





