Никто мне не поможет, не пожалеет, не пригреет, не скажет доброго слова…
Я шагнула в лифт и молча нажала кнопку с цифрой «1». Все понятно. Бедный малыш! Вот уж кому нелегко придется, так это ему. Ляля затюкает ребенка, и я никак не сумею помешать процессу «воспитания».
Около станции метро мне попался лоток с детскими вещами.
– Сколько стоит вот эта шапочка? – спросила я у продавщицы.
– Пятьсот рублей, – зевнула тетка.
– Почему так дорого? – удивилась я. – Ей красная цена пятьдесят «деревянных».
Торгашка хмыкнула.
– Эксклюзив, бери, второй такой в Москве не найдешь.
– Да ну? – улыбнулась я. – Кто же шапчонку смастерил? Лучшие модельеры мира? А может, английская королева лично ее каменьями расшивала?
– Не нравится, не бери, – меланхолично ответила торгашка, – только это и впрямь штучная вещь. Соседка у меня есть, родила от испанца, он ей теперь шмотки из дома привозит. В последний раз припер чемодан, да ошибся. Ой, мужики, дубье железное! Снял мерку с ребятенка и уволокся, приехал через три месяца, а прикиды по тому, старому размеру припер. Ну не идиот ли?
– Неразумный поступок, – согласилась я.
– Вот Ленка и попросила продать. Одна шапка и осталась. Все мигом расхватали. Гляди, какая удобная, платочка под низ не надо, ушки прикроет, сбоку липучки, а на макушке буква вышита «G». Это «Г» по-нашему. Твоего как зовут?
– Гена.
– О! В самый раз! Бери, не пожалеешь. Сегодня и обновишь, вон ветер какой задувает, – тарахтела торговка. – Ладно, скину, четыреста пятьдесят. И чего сомневаешься? Для мальчика лучше нет! Голубая! Буква твоя! А еще вон, на боку, мишка вышит, один глаз красный, другой синий, ну прикольно же! Неужто на мальца денег жаль? Зачем их рожать, коли не баловать?
Я вытащила кошелек.
– Заворачивай.
Обрадованная тетка сунула крошечную шапочку в пакетик.
– Носите с удовольствием.
Я повертела в руках покупку, глянула на серое от туч небо, потом бросила взгляд на часы, рысью сносилась домой и отдала шапочку Ляле со словами:"
"– Если гулять с Геночкой надумаешь, надень обновку, там сильный ветер.
Оля кивнула, я развернулась и почапала к метро, сейчас опоздаю на службу, мало не покажется.
Глава 4
Если работаешь в прямом эфире, то, естественно, выключаешь мобильный. Завершив передачу, я пошла в буфет: страстно захотелось кофе. Понимаю, конечно, что капуччино не следует употреблять вечером, но отчего-то организм требовал сей бодрящий напиток.
Сотовый я включила, лишь заказав вторую чашку. Моментально раздалось мерное попискиванье, потом оно повторилось, раз, другой, третий. Я схватила телефон и испугалась: десять «писем».
