Между ними было не больше сорока метров, когда лодка морпехов оказалась прямо перед ним по курсу. Еще немного — и массивный корпус навалится, раздавит их утлое суденышко, словно каток лягушку. Но Леха и не думал сворачивать. Даже наоборот, повернулся к приближавшемуся судну кормой.

— Ты чего творишь? — рявкнул Федор. — Он же нас в щепки разнесет! Уходи с курса!

— Ни хрена! — заявил Леха. — Пусть давит, сволочь! Или на борт возьмет.

На высоко вздернутом носу квинкеремы, возвышавшемся над водой на несколько метров, действительно началась суматоха. Их заметили. Но произошло совсем не то, на что рассчитывал Леха. На площадке, находившейся сразу за высоким носом, появились двое лучников в кожаных куртках. Они быстро натянули тетиву своих луков и тут же в борт лодки, в десяти сантиметрах от левой ноги рулевого, с мокрым стуком впилось две стрелы. Лучники выждали несколько секунд и снова взялись за свое оружие.

— Это предупредительный! — дошло до Федора. — Сворачивай, а то убьют к чертовой матери! И так дойдем, на своем парусе.

Леха, увидев стрелы в реальной близости от голени, мгновенно осознал угрозу и навалился на руль. Спасать их, похоже, никто не собирался. Не убили бы — и то ладно.

— Хорошо стреляют, сволочи, — заметил он, оглядываясь на странные суда с не менее странной командой.

В последний момент лодка соскользнула с тарана квинкеремы, отброшенная боковой волной. Над головой промелькнули доспехи, щиты, несколько скуластых лиц. Боевой корабль неизвестной страны прошел мимо, оставив их за кормой, над которой возвышалась какая-то палатка. Но и оттуда за ними наблюдали. Несколько облаченных в доспехи человек, с выделявшимся среди них седовласым и бородатым в серо-синем одеянии. Доспехов на нем не было. Зато была золотая цепь на груди с какой-то бляхой или амулетом. Она так сверкала на солнце, что Федор заметил ее даже с расстояния в сотню метров.

— Обезьяны зажратые! — погрозил кулаком Леха, вставая во весь рост. — Ну, попадитесь вы мне. Я вас на куски порву! Бросили помирать, сволочи, посреди моря.

Он даже хотел снять штаны и продемонстрировать им то, что является у американцев самой важной частью тела, и даже взялся за ремень, но Федор его удержал, указав другой рукой куда-то назад.

— Погоди, — проговорил сержант, — сейчас тебе представиться такая возможность.

Леха перевел взгляд в указанном направлении. Замыкающий корабль — такая же квинкерема — немного отклонилась от курса, направляясь к ним. Паруса на корабле уже спустили. Затем до морпехов долетел какой-то пронзительный свист, а следом окрик. В бортах открылись многочисленные порты и оттуда выскользнули, погрузившись в воду, длинные весла, образовав один сплошной ряд от носа до кормы.