— Раз ты от Василия Николаевича, то наверняка проинструктирован, кто я такой? Не боишься? Слышал, что с твоим предшественником стало?

— Да мне плевать. Заткнись! — офицер начал нервничать ещё больше, а именно это мне и нужно было. Когда человек злится, он теряет голову, совершает ошибки. Спровоцировать такого на необдуманное решение проще простого. И хотя изначально я думал, что он обладает хорошей сдержанностью, теперь убедился, что это не так. Все обращённое в его адрес воспринималось как раздражитель.

— Знаешь, а я ведь даже не заподозрил, в чем дело! — продолжил давить я, расшатывая его нервы. — Даже подозрений не вызвало твое поведение… Капитан и капитан, только морда у тебя какая-то кислая. А ты вообще русский?

Отчего-то я был уверен, что прежде чем пристрелить меня, он намерен либо выяснить что-то, либо сделать. И это важный момент. А ещё, мне отчего-то кажется, что все у него пошло не по задуманному им первоначальному плану. Начал импровизировать и теперь не знает, как быть… Неужели его Шмелев как-то спровоцировал?

— Если не заткнешься, я тебя сам заткну! — пообещал офицер.

— Не думаю, что у тебя это получится, — хмыкнул я. — Кстати, а что ты сделал со Шмелевым?

Он не ответил. Явно разозлившись, Лосев направил мне в лицо фонарь, рывком приблизился ко мне, намереваясь ударить рукоятью пистолета, но я оказался ещё быстрее… Завалившись вправо, я ударом руки наотмашь выбил у него фонарь и шустро соскользнул с плоского камня, бросившись ему под ноги. Когда я исчез из луча света, он опешил. Вскинул пистолет и даже успел выстрелить в камень, где я был всего секунду назад… Громыхнул быстрый, но совершенно бессмысленный выстрел, а вслед за ним раздался и полный злости, ярости и боли крик Лосева — удар ногой в колено это весьма болезненно, особенно если он нанесен быстро, с силой и неожиданно. Особенно, если ботинком с толстой ребристой подошвой… Я совершил перекат влево, затем ещё один и нырнул за камень. Можно было бы вновь атаковать капитана, но вряд ли бы теперь он промазал… Да даже стреляя навскидку, не попасть сложно. А мне лишние дыры в теле ни к чему.

Я совершил самое главное — выстрел Лосева наверняка привлек душманов, которые безусловно очень удивятся, кто это тут вздумал стрелять, да ещё и в темное время суток. Нужно только ещё немного потянуть время и самим не попасть в лапы к духам. Ещё неизвестно, что хуже. Снова пленником становится я не собирался."

"Так, ну сержант Шмелев, судя по всему, мертв. И хотя выстрела не было, Лосев вполне мог пырнуть его ножом или долбануть по голове ключом на «тридцать два»… Проверять некогда. Вероятно, тот его как-то спровоцировал.

— Ах ты сука! — яростно взревел офицер, поднявшись на ноги.