Чёрно-белую птичку, устроившую гнездо на крыше, пару котов, загоняющих друг друга на дерево, которое казалось старше всего города, даже нескольких людей, сидящих на порогах своих необычных домов. Все здания отличались друг от друга – какие-то были низенькими и приземистыми, какие-то – узкими и высокими. Из некоторых домов росли деревья, просовывая ветви в провалы крыш, а какие-то утопали в земле.

– И весь город такой? – изумлённо спросил Саймон.

– Бόльшая часть, – ответила Шарлотта, обходя пару барсуков, дерущихся за корочку хлеба. – До первых нападений Одичалых я никак не могла понять, почему некоторые анимоксы не хотят здесь жить. В других европейских городах им приходится прятаться, скрывать свои силы и перемещаться тайком. А тут полная свобода.

– Как здорово, – сказал Саймон, засовывая руки в карманы. – У нас тоже есть похожие места, но они поменьше и обычно принадлежат только одному Царству. Как Ястребиная гора, – добавил он. – Там на неделе живёт моя мама, но туда пускают только Птиц. А моя тётя Зия выросла в Стоунхэйвене, в небольшой звериной общине.

Шарлотта покачала головой.

– Какая скука, – сказала она, а после Аништадта Саймон даже не мог возразить. – Кстати, мне нужно заглянуть на рынок, а потом пойдём в Ковчег.

– Ковчег? – переспросил Саймон и тут же запнулся о валяющийся на дороге кирпич и едва не упал. Он успел удержаться, но По всё равно подозрительно на него глянул и поджал хвост. – Там Одичалые держат Нолана?

– Нет, мы там живём, – ответила она, уже успев уйти вперёд. Ждать его она явно не собиралась. – Ты с ног валишься, Саймон. Мы никуда не пойдём, пока ты не отдохнёшь.

Он нахмурился.

– Мне нужно найти брата.

– А мне нужно найти сестру, – парировала она. – Но сейчас тебя побьёт любая белка, так что давай-ка мы с этим повременим. У нас даже плана нет.

Возразить Саймон не успел, потому что Шарлотта скрылась в узком переулке между двух кирпичных домов. Заворчав себе под нос, Саймон поспешил следом, но не прошёл и пары метров, как она куда-то повернула и была такова."

"Чудесно. Мало того, что он жутчайше устал, так ещё и единственный знакомый человек во всей Европе куда-то пропал.

Выругавшись, он побрёл искать её, жалея, что не уточнил, можно ли в Аништадте прилюдно превращаться в животных. Но не успел он решить, что делать, как переулок вывел его на широкую мощёную улицу, вдоль которой стояли разномастные пёстрые палатки, продающие всякую всячину. Фрукты, овощи, цветы – а ещё кости для собак, кошачью мяту, баночки с разными семенами для птиц и другие товары, которые можно было найти в зоомагазине. Повсюду шумели разговоры, и торговцам явно было всё равно, кому они что продают – лишь бы платили. Но народ выглядел немного нервно – хотя, может, Саймону просто казалось.