Маркиза Брукхейвена можно обвинить в излишнем высокомерии, несговорчивости, упрямстве, но недостатка уверенности в себе он точно никогда не демонстрировал. Его непоколебимая самоуверенность добавляла ему привлекательности в глазах Дейдре.
Маркиз заерзал на сиденье, сдвинул брови. Он явно был чем-то расстроен.
Дейдре без труда разглядела, что маркиза что-то гнетет, хотя другие, возможно, просто решили бы, что он раздражен. Надо понимать, с каким замкнутым человеком имеешь дело, чтобы догадаться о том, что любое видимое выражение эмоций в его случае означает отчаянный, рвущийся из души крик.
Другим этого не понять, но Дейдре имела немалый опыт в этом деле. Она потратила годы на то, чтобы научиться сдержанности. Жизнь со злобной и коварной мачехой научила ее держать под контролем свои чувства и эмоции и не позволять другим понять, что у нее на душе.
Кто-то мог бы назвать ее черствой или даже жестокой, но Дейдре давно решила для себя, что должна подняться на недосягаемую высоту. Чтобы оттуда, с высоты своего положения, наблюдать за тем, как общество втаптывает в грязь ненавистную Тессу, ставшую жалким посмешищем в глазах жены самого ничтожного сквайра!
Конечно, не в этом Дейдре видела основную цель своей жизни, но фантазии на эту тему помогли ей пережить несколько жутких лет. Но и сейчас, когда худшее было уже позади, если Дейдре хотелось поднять себе настроение, она представляла падение Тессы с завоеванных высот. Живо, в красочных подробностях!
А главную свою задачу сейчас Дейдре видела в том, чтобы влюбить в себя мужа. Задача была непростой. Сначала ей предстояло проникнуть за «баррикады», а затем она должна заставить его осознать, что без нее он просто не сможет жить.
В том, что ей удалось выйти за Брукхейвена, был большой неоспоримый плюс: как только Брукхейвен станет герцогом Брукмора, Дейдре получит огромное наследство – почти тридцать тысяч фунтов. С такими деньгами она сможет распоряжаться своей жизнью так, как захочет, и никому никогда не удастся манипулировать ею: она не собиралась давать карты в руки шантажистам, ибо понимала, что безупречная репутация – главное условие безбедного существования.
Дейдре была во всех смыслах той самой девушкой, какой видел ее муж, с одной существенной поправкой: эта девушка была богата, как принцесса. С двенадцати лет ее растили как будущую герцогиню, и, хотя методы Тессы были жестоки, Дейдре знала все необходимое о том, как управлять большим поместьем и как вести себя в соответствии с высоким статусом, коим судьба наградила ее и ее мужа. Разумеется, она бы не хотела, чтобы случайно пришедшая в голову Брукхейвена мысль о том, что он, возможно, женился не на той девушке, засела там надолго.
