А я направился к своему месту возле окна. Но его уже занимал какой-то широкоплечий хмырь, улыбающийся Огневой. Двое таких же аристократиков примостили свои задницы на лавке с другой стороны от баронессы. А ещё трое стояли у окна. Они первыми заметили меня. Замолчали и натянули на физиономии непроницаемое выражение.
— Позволите, я присяду на своё место? — вежливо проговорил я, обращаясь к хмырю.
Тот высокомерно посмотрел на меня, провёл рукой по рыжим длинным волосам и пренебрежительно проговорил, двигая тонкими губами, поселившимися на костистом лице:"
"— Посидите на другом месте.
Он отвернулся, полностью уверенный, что я подожму хвост и займу лавку по соседству, а может, и вовсе забьюсь в уголок, где прикинусь ссаной ветошью.
Более того, этот хмырь с извиняющейся улыбкой сказал напрягшейся Огневой, словно уже забыл о моём присутствии:
— Так на чём мы остановились, пока нас так грубо не прервали? Ах да, вино.
— … Вы, кажется, плохо слышите, — холодно произнёс я, едва сдерживая вспыхнувшее бешенство. — Потрудитесь освободить моё место.
— Кажется, это вы плохо слышите! — сузил глаза парень, недовольно посмотрев на меня. — Найдите себе другое место, пока я изволю разговаривать с девушкой.
После его слов в аудитории воцарилась звенящая тишина, нарушаемая лишь звуками шагов и голосами, доносящимися из коридора.
— Знаете, я сегодня в хорошем настроении, поэтому позволю вам молча покинуть моё место.
— Аха-ха! — картинно захохотал тот, запрокидывая голову. — Неужели вы мне угрожаете? Мне, представителю знатного рода? А кто вы такой, а? Какой-то Громов из Зажопинска, не сумевший даже защитить собственную академию? Что же вы делали, когда её атаковали хаоситы? Драпали со всех ног?
— У Громова множество наград и… — попыталась вставить загоревшаяся гневом баронесса, но замолчала, увидев мой жест, прямо говорящий «не вмешивайся».
— Знаете, как вас там… Впрочем, неважно как вас зовут, — снисходительно проговорил я. — Мы можем долго фехтовать словами. Но что вы скажете на то, чтобы скрестить со мной настоящий клинок? Конечно, я не настаиваю. Вы можете просто освободить моё место, сказав, что вас бесы попутали.
Кадеты-зрители разом напряглись в ожидании ответа Рыжего. Все прекрасно понимали, что если он сейчас уступит, то победителем в этой словесной дуэли можно будет считать меня. Причём победителем не по очкам, а нокаутом.
