Не знаю почему, но информация об этой Альяре неприятно царапает душу. Ладно, сменим тему. Женщины Вейтара меня нисколько не интересуют.

— Если судить по вашему поведению, Артан, то вы нисколько не расстроены и не возмущены тем, что друг разрушил ваши планы на вечер.

— О, я, безусловно, очень расстроен. Даже немного возмущен. Но все-таки больше забавляюсь сложившейся ситуацией. И рад, что мой друг наконец вылезает из своего панциря равнодушия, в который он залез после смерти жены. Если вы ему дороги, то я мешать не стану, хотя вы и очень мне симпатичны и интересны.

Понятно, эльф, похоже, сливается.

Буквально Артан сейчас сказал, что баб много, а друзья дороже. Что-то не везет мне с личной жизнью в этом мире.

Ладно, тогда хотя бы разузнаю что-нибудь полезное для себя.

— Вы знаете, по договору с магистром Нешем я забыла все, что произошло в первую половину лета. У меня сложилось впечатление, что мы уже были знакомы. Это так?

— Верно, — кивнул Артан, не став увиливать.

— Скажите, а вы можете мне что-то рассказать об этом периоде моей жизни? То, что можно. Просто неприятно совсем ничего не помнить.

— Увы, мне известно о вас очень мало.

Мы только раз вместе пообедали. Единственное, что могу сказать, мне показалось, что вы очень ценный сотрудник.

— Что это значит?

Эльф не ответил, лишь таинственно пожал плечами. Вот и разузнала. Только вопросов прибавилось.

— Артан, а почему все-таки вы вдруг решили стать преподавателем?

— Я изгнан. Ну или вернее нахожусь в ссылке. За одну провинность перед центавром.

— Да? Какую, если не секрет?

— Плел против отца заговор. Хотел сместить его и самому стать центавром.

— Ой!

Артан хмыкнул."

"— Не удивляйтесь. Это у нас в порядке вещей.

Мои братья уже по нескольку раз пробовали прийти к власти, но пока ни у кого не получилось. Это у нас как игра. Отец позволяет нам пробовать оспорить его силу, но если разгадывает заговор, наказывает. Центавр считает, что нам нужно учиться хитрости, умению плести интриги и находить общий язык с подданными. Меня все это как-то раньше не очень интересовало. Впервые решил попробовать, и вот закономерный итог. Что касаемо того, почему именно преподавателем, — просто стало интересно, что Вейтар нашел такого хорошего в этой профессии и академии. Надо же было мне куда-то податься, а тут с другом все веселее. Не думаю, что задержусь в академии дольше, чем на год. Отец отходчив.

Я удивилась.

— А почему вы мне все это рассказываете? Разве можно? — про жизнь центравра и его семьи, про неудавшиеся перевороты. Уверена, о таком широкой публике не известно.

— Вам можно.

— Почему?

— Не думаю, что Вейтар в ближайшее время откажется от вас, раз столь явно проявил свою заинтересованность, а значит, вы в ближнем круге и можете знать чуть больше, чем остальные.