Она ворковала, и ее губы дернулись в самой маленькой улыбке.

Черт возьми, она была самой красивой.

И она также свела меня с ума. Как и ее мать много месяцев назад.

Если бы год назад вы спросили меня, буду ли я ворковать и менять подгузники ребенку, я бы рассмеялся и ударил вас ногой за то, что вы задали глупейший вопрос.

Но теперь я не мог представить свой мир без Майлы.

Она была в моем сердце и оставалась там навсегда. Прямо как мой Ангел.

Они обе принадлежали мне, и мое сердце снова стало целым.

Это была смехотворная мысль… трудно представить. Все казалось нереальным. Как мечта.

Но потом я просыпался рядом с Айлой, ее тело обвивалось вокруг меня, как тиски. Она открывала глаза и смотрела на меня с такой любовью. И рядом Майла либо плакала, либо ворковала.

И я вспоминаю, что все это не сон.

Я нашел своего Ангела ... и она подарила мне принцессу.

Я вырвался из своих мыслей, когда почувствовал, как нога Майлы нетерпеливо пнула меня в грудь. Она лежала и возбужденно двигалась.

«Ты нетерпеливая», - сказал я, снимая с нее комбинезон.

Я потянулся через пеленальный столик и взял подгузник. Глубоко вздохнув, я принялся за невыполнимое задание.

«Хорошо. Давай, принцесса.»

С этими словами я быстро снял подгузник и вымыл Майлу. Считая секунды в голове, я набросил на нее чистый подгузник и как следует закрепил.

Тридцать секунд!

И она не написала на меня. Блять да.

В прошлый раз Виктору не повезло.

А если серьезно, кто, черт возьми, играет с голым младенцем?

Я беззвучно рассмеялся про себя. Его испуганные крики все еще звучали в моих ушах.

Мораль того дня? Никогда не играйте с голым младенцем. Или, что еще лучше, никогда не откладывайте слишком долго, смену подгузника. На тебя пописают.

После того, как я снова одел Майлу, я прижал ее к себе на сгибе руки. Она прижалась к моей груди, и мне показалось, что она вздохнула.

Ее глаза инстинктивно закрылись, и я улыбнулся. У меня была любовь Айлы, но несколько недель назад я поняла, что у меня также есть любовь дочери.

Я уселся в кресло-качалку и стал смотреть, как спит моя принцесса. Ее маленькое тело обмякло в моих руках, пока я раскачивал нас взад и вперед.

Мои глаза стали тяжелее, когда я начал засыпать. Я уперся шеей в спинку стула, при этом закрывая глаза.

Моей последней мыслью было, как мне повезло. Я вспомнил дни, проведенные до Айлы… а затем после встречи с ней. Насколько я изменился, но насколько я остался прежним.

Мой Ангел мог сделать меня более человечным, но она также приняла сторону монстра. Она любила меня несмотря ни на что.

Она дала мне семью, принцессу, которую я мог любить и души не чаять. Айла пополнила эту разбитую семью. Она сделала меня лучше. Для нее и нашей принцессы.

Мои губы дернулись в улыбке, когда я поднес Майлу к груди.