Магазин работает до наступления тьмы 2

Может, мазь Зелинского?

— Зелинского, — с готовностью согласилась Матильда, а дама по ту сторону стекла, заметив Славика, глухо рявкнула из-под марлевой повязки:

— Молодой человек, масочку надеваем!

Славик послушно зашарил по карманам, как будто надеялся, что маска сама там материализуется. От лишних телодвижений у него закружилась голова, и он неуклюже опустился на стул у стены. Застекольная дама достала из-под прилавка одноразовую маску:

— Девушка, передайте ему. Что ж вы все нарушаете…

Матильда обернулась, и оказалось, что она уже в маске. Пугающая бредовость происходящего набирала обороты.

Если бы сейчас в аптеку заглянул, к примеру, зомби с рецептом на мозги — и, разумеется, в маске, — Славик воспринял бы это как должное. Всмотревшись в его побелевшее лицо, Матильда после секундного колебания снова наклонилась к окошечку:

— Еще бинты, зеленку и обезболивающее.

***"

"До полуразрушенного особняка, обтянутого железной сеткой, они добрались в полном молчании. Матильда, похоже, не шла целенаправленно именно к этому дому, а просто искала укромное местечко. Протащив охающего Славика через дыру в заборе и забравшись поглубже в гнилое нутро особняка, она села прямо на землю, густо усыпанную мусором.

Славик молча наблюдал, как Матильда натирается пахучей мазью и туго бинтует распухшее запястье, как вытаскивает зубами пробку и — Славик недоуменно заморгал — выпивает залпом все содержимое пузырька с крупной зеленой надписью на этикетке: «УРАЗНАЯ ТРАВА (ДУХОВ ЦВЕТ)». Выброшенный пустой пузырек подкатился к ногам Славика, и тот прочитал под надписью: «Только для наружного применения». Не обращая внимания на его вопросительный взгляд, Матильда достала еще один тюбик мази:

— Садись и разувайся.

Тебе пятки порубило.

На несколько секунд Славик безоговорочно ей поверил. Он торопливо плюхнулся на землю, осмотрел, ощупал собственные ноги — и выдохнул, хоть и без особого облегчения. Пятки были на месте, но неведомая сила срéзала со стороны ахиллова сухожилия ткань кроссовок и носков прямо вместе с кожей. Славик вспомнил дыры в ткани реальности, которые мгновенно захлопывались со звуком, похожим на сухое щелканье бича, и как хрустели суставы и кости, пока его крутило и растягивало в светящейся воронке.

Пожалуй, никогда прежде Славик так отчетливо не ощущал собственную хрупкость, он был там словно мельничная мышь, попавшая в жернова…

Раны на пятках покрывала сочащаяся сукровицей тонкая корочка, как будто то, что сняло кожу, заодно прижгло и обнажившееся мясо. Выглядело все это даже больнее, чем ощущалось, и Славик всхлипнул. Матильда протянула ему пахнущий аптекой пакет:

— Угощайся и вали отсюда.

Сперва Славик воспринял только первую часть этого щедрого предложения.