— Кирилл Константинович, контракт готов, но я не думала, что встречу вас в клубе, так бы взяла с собой.

— Ничего, подпишу его в офисе, — хищно улыбался он, опускаясь рукой на икры, неторопливо снимая босоножку, скользя пальцами по ступням.

— Кирилл Константинович, вы ведь понимаете, что ваше поведение возмутительно.

— Хорошо, пусть так.

— И я против! — говорила, дергая ногой, которую он во всю гладил.

Уже уперлась спиной в противоположную дверь. Едва не упала на спину. Наблюдала, как он поднимает мою лодыжку, как целует медленно, неповторимо, что от одного этого вида пересыхает во рту.

— Я тоже против, куколка, но разве возмущаюсь?

— Что? Против чего, расскажите хоть.

— Против собственного соблазнения, против мыслей о тебе, против… — его рука заскользила между бедер, остановилась на еще позволительной грани, помассировала чувствительную кожу, вернулась к колену. И снова губы на белой коже. Тонкая дорожка от лодыжки вверх.

— Уберите… руки, — у меня пока получалось говорить твердо. Вроде бы. — Я не собираюсь с вами…

— Уже, куколка. Ты со мной два раза переспала, помнишь? Ах, да, ты не помнишь. И сегодня мы это исправим.

— Но я не хочу!

— Захочешь, — надвигался он ко мне, отпустив ногу.

— Да вы… Вы мне противны! Считаете, раз богаты, то вправе решать за других?! — уперлась я в его плечи, не подпуская к себе. — Вот вам открытие: нет, не вправе! Набрасывайтесь на кого-нибудь другого, а меня трогать не смейте! Будьте мужчиной, наконец, а не похотливым животным. Научитесь держать свое достоинство в штанах!

— Выговорилась?

— Да, думаю, для вас этого будет достаточно. А теперь отпус…

Кирилл потянул меня на себя. Машина остановилась. Он открыл дверцу, подхватил меня, забросил себе на плечо. Я заметила, что в салоне осталась моя босоножка. Потянулась за ней, но знакомый широкоплечий охранник захлопнул дверь.

— Кирилл Константинович, — испуганно шептала я, боясь даже представить, какой вид открывался из-за моего короткого платья, — давайте я пойду сама. Только поставьте на ноги.

— Нет уже, куколка, — похлопал он меня по ягодице и занес в дом.

Благо, по дороге никого не попалось. В лифте я наблюдала за собой, безвольно свисающей, в стальной поверхности небольшой кабинки. Заметила, что миллионер тоже рассматривал эту картину и широко улыбался.

— Считаете свое поведение нормальным? — спросила, когда раздался звуковой сигнал.

— Считаю, что ты неспроста купила билеты на самолет. Притом на завтра. Это значит, что тебя скоро здесь не будет."

"— Это не взаимосвязано. И еще, кто вам позволил за мной следить?

— Я присматривал, а это другое, куколка.

Щелкнул замок. Мы оказались в уже знакомой квартире. Миллионер сам потрудился и на ходу сбросил с меня оставшуюся босоножку.