С рук кормить, не набрасываться так, — говорила, неотрывно следя за его движениями. — Кажется, еще что-то с кубиками льда делают…

— Лед у меня есть, хочешь попробовать? — хриплым голосом поинтересовался он и, подняв мою ногу выше, прикоснулся губами к лодыжке. — А сладкое не особо люблю, хотя с твоих рук…

Происходило что-то невообразимое. Моя стопа в его широкой ладони. Короткие прикосновения-поцелуи, медленно перемещающиеся к коленке. Все так же, как недавно в машине, но сейчас совсем иначе. Мягче, увереннее. Слаще!

— Нужно… — завороженно сказала я, стараясь договорить, самой отвлечься, — спрашивать было, чтобы притупить бдительность, интересоваться моей жизнью, увлечениями… Что там про кубики льда?

Кирилл сверкнул взглядом, а я вдруг поняла, что совсем не о том спросила. Вытянулась в струнку, когда он рывком поднялся и направился к холодильнику. Вцепилась в края стула. Уже пыталась придумать, как отвертеться от собственного предложения, ведь не нужно оно, неуместно.

Мужчина сел обратно на свое место, поставил на стол ведерко. Словно все в порядке вещей, подхватил мою вторую ногу.

И вот кусочек затверделой воды между его губ. Прикосновение к моей коже. Дрожь. Порыв освободиться, но железная хватка пальцев на стопе не отпустит. В ловушке я, должна терпеть, не реагировать, оставаться безучастной в момент собственного совращения. Но его действия сводили с ума. Я вправду старалась, постепенно сползала со стула. Давила в себе любой звук.

— Согреешь? — выплюнув лед, подался ко мне Кирилл, потянул к себе за руку."

"Его холодные губы, горячее дыхание. Внезапное опьянение от этого нападения и контраста ощущений, слабость во всем теле. Взрывное желание, обжигающие прикосновения, стон.

Лед вместе с ведерком полетел на пол, рассыпался. Я оказалась сидящей на столе.

— Так лучше? — спросил мужчина, и я выгнулась навстречу. Мне уже было мало обычных поцелуев, хотелось всего и прямо сейчас, быстрее.

Потому что пылало внутри. Я сгорала. И если не успеть, если не прикоснуться…

— Кирилл, — жалобно прошептала я, отвечая на поцелуи.

— Не терпится, куколка? Черт, ты и вправду такая, не показалось…

Глава 8

Если он хотел, чтобы я запомнила, то запомнила. Если планировать изменить мое мнение о нем, то… изменила, чтоб этому козлу пусто было. Если добивался полного раздрая внутри, то определенно сделал все в самом лучшем виде.

Я смотрела в темный потолок и сжимала края одеяла. Рядом лежал Кирилл, придавив меня к кровати тяжеленой рукой. Казалось, стоит только пошевелиться, проснется снова, начнет целовать, что-то приятное шептать, а я, дура такая, опять поддамся, потому что хорошо очень, даже слишком хорошо. Не надо было сдаваться в самый первый раз. Подумаешь, лед какой-то.