А тут – такая красавица, в парче и в жемчугах… Великолепный подарок… Да ещё так вовремя… и при всех… Отказать при всех королеве сможет только самоубийца…

- Вы очень щедры, ваше величество, - раздался в общей тишине голос герцога де Морвиля, - но вынужден отказаться от вашего подарка.

По залу опять пронёсся изумлённый вздох, но теперь в нём не было восхищения, только возмущение и ужас. Что касается меня, в этот момент я умерла и воскресла. Слова Ричарда заставили биться моё бедное сердце, и спазм, сжимавший грудь, разжал свои когти.

Отказался!.. Просто взял – и отказался!.

.

Я успела обрадоваться, растрогаться, и только потом нахлынул страх – Ричард отказался. При всех отказал королеве.

- Сожалею, но не смогу сделать леди Кармайкл счастливой, - продолжал герцог, и его голос звучал безо всякого волнения, громко и твёрдо.

В это время Винни чуть повернула голову, что-то сказала матери, которая держала её за руку, и наши взгляды встретились.

Несколько мгновений мы с Винни смотрели друг на друга, и я сразу поняла, что она узнала меня. Не помогли ни спрятанные под чепец волосы, ни нелепые очки.

Румянец схлынул со щёк моей бывшей подруги, глаза расширились и потемнели, а потом она с усилием отвернулась.

Я ждала, что сейчас Винни позовёт охрану, крикнет, что государственная преступница здесь, но она молчала. Даже стиснула губы. И смотрела теперь прямо перед собой.

- Вы что себе позволяете, герцог… - сдавленно произнёс королевский прокурор, но его прервал голос королевы Гизеллы.

- Успокойтесь, Фонтейн, - сказала она так же спокойно, как и Ричард. – Герцог многое может себе позволить. Но чтобы отказаться от такой ослепительной красавицы, должны быть веские причины.

Вы так неуверенны в себе, Морвиль? Или же… здесь замешана другая женщина?

Вмиг позабыв об охране и разоблачении, я вся обратилась в слух. И не я одна – весь зал затаил дыхание, ожидая ответа.

- Вы правы, ваше величество, - произнёс Ричард. – Дело в том, что я люблю другую, и связан с ней клятвой. При всём моём уважении к вам, при всей моей благодарности, клятву я не нарушу.

Прижавшись спиной к колонне, я порывисто спрятала лицо в ладонях. Хотелось и плакать, и смеяться одновременно.

Любит другую… не нарушит клятву даже по приказу королевы…

- Какое оскорбление! – воскликнула вдруг леди Идалия.

– Неслыханное оскорбление! Хотите сказать, что моя дочь для вас недостаточно хороша? Придумали какую-то несуществующую женщину, чтобы отказаться от моей Виннифред?

- Сожалею, что ранил отказом вас и вашу дочь, - сказал герцог де Морвиль всё так же спокойно, - но я говорю правду. В моей жизни есть женщина, которую я люблю, и другой не будет.

- Неслыханно!.. – взвизгнула леди Идалия.

- Подождите, леди Кармайкл, - опять заговорила королева.