Как вас зовут? Антон? Тоже живете здесь?
— Я даже не знаю, как тебя отблагодарить, — выпаливаю я, едва дверь в соседскую квартиру за нами захлопывается. — Ты настоящий повелитель сантехники и бог переговоров. Что бы я делала одна? Бегала, словно ошпаренная курица в поисках неизвестного мне ключа и рыдала?
— Хочешь отблагодарить — налей чай, — с усмешкой говорит Антон, кивая на лестницу. И доверительно вздыхает: — Соседка у тебя ужасно болтливая. У меня даже во рту пересохло.
8
Усевшись на предложенный мной кухонный стул, Антон внимательно оглядывается.
— Милая квартира. Тебе идет. Совсем новая, да?
— Да, до меня здесь никто не жил, — подтверждаю я, гремя шкафами в поисках любимого зеленого чая и запропастившейся коробки конфет. — Я долго ее искала. Хотелось жить там, где мне действительно понравится.
— Аренда здесь дорогая?
— В сравнении с другими квартирами такого уровня совсем нет. — Я не удерживаюсь от победной улыбки, вспомнив, какую радость испытала, когда арендодатель согласился сдать ее именно мне. — Вообще-то, она должна была достаться двум иногородним студентам, но хозяин в последний момент выбрал меня.
— И что ты такого сделала, что он так решил?
Я шутливо гримасничаю.
— Ты просто взгляни на меня. Я же редкая обаяшка. А еще помог талисман.
— Талисман? — переспрашивает Антон, удивленно вскинув брови.
— Ага. Заказала, после того как съехала от бывшего мужа. Он и правда приносит мне удачу. — И смутившись своей внезапной откровенности и тем, что в очередной раз выставила себя ненормальной, предупреждаю: — Тебе может быть смешно, но я в это верю.
— Даже не буду спорить. — Антон улыбается, не выдавая ни малейшего намека на желание поскорее сбежать. — Так ты была замужем? Ты упоминала о парне.
— Официально нет. Но так я его называла.
— Ясно.
— А где ты научился так мастерски обращаться с сантехникой? — спохватываюсь я, поняв, что из нас двоих лишь Антон задает вопросы. А еще неплохо бы вспомнить, что он мой босс и мы знакомы всего то неделю, и перестать рассказывать ему о волшебных талисманах.
— Тебя легко впечатлить, — смеется он, отхлебнув чай. — Закрутить стояк может каждый, кому от рождения даны тестикулы.
Я тоже громко смеюсь. Блюсти субординацию в его компании сложно. Уж слишком Антон умело поддерживает разговор и слишком отлично шутит.
— Как тебе чай?
— Хороший. — В подтверждение своих слов Антон салютует мне чашкой и пьет. — Правда я предпочитаю черный.
— Ох, прости, я даже не спросила. — Я делаю скорбную мину. — Но тебе в любом случае пришлось пить зеленый, ибо другого я не держу.
— Было бы весело, если ты спросила, а потом развела руками: «ну, извини, мужик. В наличии только зеленый».
— Мужик?! В жизни бы себе такого не позволила.
