— Завтра в обед на моём столе должны быть новые образцы. Включите головы там, в рекламном отделе, иначе уволю всех за профнепригодность!
Авдеев что-то мямлит, вставая, и, забрав свою херню, выходит из кабинета.
Сообщение на моём телефоне отвлекает, и я, выдохнув, разблокировал экран и почувствовал холодок, что прошелся по спине, когда увидел имя абонента.
«Через час, на том же месте», — коротко и ясно.
Встаю, собираю свои вещи и выхожу.
— Я ухожу. Сегодня меня не будет, — говорю секретарше и захожу в лифт.
Называю водителю адрес и пытаюсь отвлечься новостной ленте в телефоне, но не помогает, и всю дорогу до загородного кафе нервно барабаню пальцами по коленам.
— Здравствуйте. — Мужчина приподнимается и протягивает мне руку, которую я пожимаю.
— Слушаю, — стараюсь спокойно, но голос выдаёт моё волнение.
— Ничего нового, извините, — виновато опускает голову. — Если хотите знать моё мнение, то, думаю, поиски надо прекратить и не тратить ресурсы в пусту…
— Я не спрашивал твоё мнение, — грубо перебиваю его. — И мои ресурсы не твоё дело. Пока я тебе плачу, ты должен сделать то, что я говорю. Продолжайте поиски, — говорю и, встав, иду на выход.
Полгода! Полгода грёбаных поисков без результатов. Полгода мучений и терзаний. Живу как в аду.
Говорят, время лечит, ни хрена подобного. Может кого-то и лечит, но меня нет. Не могу пройти через это. Смириться с потерей. Мы не так долго были вместе, но я чётко осознал, что Серёжа был моей половиной. Тот человек, что на всю жизни. Никто не сможет заменить его, мне это и не нужно. Не хочу видеть никого рядом с собой.
Водителю говорю ехать домой, туда, где я провожу каждый вечер и ночь — в квартире Серёжи. Да, это глупо, жить в его доме, там, где везде он мерещится. Но посреди его вещей я чувствую его. Как наркоман нюхаю его футболки, брызгаюсь его духами, чтобы представить его рядом.
Не могу переставать надеется, что его найдут. Сам понимаю, что времени до хрена прошло, что шансов с каждым днём всё меньше, но не могу и всё.
Ничего не помогает. Напиваться вхлам пробовал много раз, только хуже становилось. Отвлечься по клубам, барам… Хрень всё это. Как и мои любимые гонки, больше никакого адреналина, кайфа. Хочется только разбиться о столб, как тогда, но насмерть. С концами. Совесть не позволяет, и то, что Серёжа бы по морде дал за такую слабость. Да и сестре обещал, не оставить её сиротой совсем.
Сколько раз я проклинал тот день, когда он решил устроиться именно в тот чёртов уневер. Проклинал отца, что впихнул меня туда. И себя. Что влюбился в него без памяти."
"И так каждый вечер. Ужинаю, чтобы силы были, душ принимаю на автомате, полночи ворочусь в кровати, борясь с бессонницей и мыслями в голове. Утром встаю, надеваю приготовленный экономкой костюм и еду на работу, где хоть как-то отвлекаюсь.
