Маша отложила книгу и проводила его сочувственным взглядом до тех пор, пока сгорбленная фигура не растворилась в тени коридора.
— Ну, что? Все хорошо? Что сказал врач?
Ржавый и Дикий налетели на Маркела с расспросами, как только он вышел на улицу.
— Если коротко, то жить будет. Но нужны сто кусков евро на операцию.
— Ого! — присвистнул Дикий. — Нехило.
— Вопрос теперь в том, где их достать.
— А вот с того урода, что ее сбил, и нужно их снять, — предложил Ржавый.
Маркел одобрительно хлопнул друга по плечу, так, что тот пошатнулся, и сам себе удивился. Почему в его голову не пришла эта мысль? Наверное, усталость. Или «колеса» Маши. И дал себе зарок — никакого алкоголя, никаких успокаивающих — только кофе и чай.
— Молоток, Ржавый. Тогда бросаем все силы на его поиски.
Глава 3"
"В десяти километрах за чертой города, за шлагбаумом элитного дачного поселка, в просторечии называемого «Санта-Барбарой», стоял особняк, огороженный высоким бетонным забором. Вернее, не особняк даже, а поместье, со своими угодьями, законами, бюджетом и укладом. Построенный из «кремлевского кирпича», трехэтажный, с просторной террасой, аккуратными балкончиками на все четыре стороны света и мезонином, увенчанным небольшой башенкой с флюгером-чертиком, дом заметно выделялся даже на фоне своих далеко не бедных соседей. Обычный человек, работай он даже круглые сутки, без перерывов на сон, еду и секс, за всю жизнь не заработал бы на подобное «гнездышко». Честным трудом такого не добиваются. Любое богатство является результатом либо обмана и кражи, либо разбоя. Либо и того, и другого. Но те, кому в голову приходили подобные мысли, редко попадали по ту сторону забора. Позади особняка был разбит английский парк с извилистыми тропинками и прудом, где плавали экзотические рыбки. Ближе к дому — бассейн и площадка для пикников. Внутри особняка все говорило о стремлении хозяев к комфорту и немалых расходах на хорошего дизайнера. По периметру огромный участок был обнесен высоким забором, оснащенным камерами видеонаблюдения. У входа в дом лысоватый мужчина средних лет, в шортах цвета хаки и рубашке-гавайке, поливал серебристую лаванду на альпийской горке. Вокруг дома таких клумб было разбито довольно много: большие и маленькие, со вьющимися розами и клематисами, низко стелющимся можжевельником и острыми листьями еще не расцветших ирисов. Хозяин был большим ценителем и знатоком цветов, переписывался по этому поводу со специалистами со всей Европы и следил за новыми тенденциями в моде на клумбовые растения тщательнее, чем за собственным непутевым сыном. Сделав несколько шагов вниз по склону холма к клумбе с пятнистыми немофилами, он сунул руку в карман шорт, достал мобильник. Звонил сын и наследник.
