— Что, Голубев, бухая молодежь резвится? — спросил тот у коллеги.
— Ага. Вообще оборзели! На, пробей по базе.
Сержант Голубев протянул права Хлыща напарнику. Тот глянул на документ. После чего посмотрел на закурившего коллегу.
— Слышь, а ты смотрел на его фамилию?
— Нет, а что?
— А то! На, смотри.
Мент взял документ, пробежал по нему взглядом, развернулся и молча пошел обратно к джипу.
— Извините за беспокойство. Все в порядке. Можете ехать. Будьте осторожны.
Гаишник протянул Хлыщу права и фальшиво улыбнулся.
— То-то же.
Хлыщ с ухмылкой показал менту средний палец, ударил по газам, и машина с визгом рванула с места.
— Урод! — выругался сержант Голубев."
"Многие местные гаишники уже узнавали Хлыща в лицо и, остановив, даже не спрашивали документов. «У этого, видимо, память хреновая. Ничего, запомнит», — подумал парень и прибавил скорости. Эльвира все еще была в отключке. Хлыщ посмотрел на девушку — во сне она казалась еще красивее и беззащитней. Ему нравились такие — хрупкие и не способные дать отпор. С такими девушками Хлыщ чувствовал себя победителем. У него мелькнула мысль заехать в какое-нибудь укромное местечко, подворотню или небольшое кафе с кабинками для приватных бесед, и там воспользоваться случаем.
Одновременно с визгом тормозов Хлыщ услышал глухой удар. Как в замедленной съемке, перед ним пролетело лицо с расширенными от ужаса глазами, взметнулись светлые волосы, мелькнула светлая ткань. Машина проехала несколько метров по инерции и остановилась. Хлыщ выскочил из салона и оглянулся — тело неподвижно лежало метрах в десяти, на проезжей части. Еще не осознавая произошедшего, парень подошел к сбитой девушке — в ее лице не было ни кровинки, лишь в уголке губ алела капля.
На негнущихся ногах он вернулся к своей тачке.









