А в бумажнике у меня по старой привычке всегда лежала канцелярская скрепка, немного изогнутая на одном конце. Распрямив один из ее завитков, я быстро вставил зажим и скрепку в замок и через десять секунд услышал заветный щелчок. Дверь на улицу открылась. Я заблокировал запор и несколько раз проверил, что замок автоматически не защелкивается. Мне было жизненно необходимо, чтобы эта дверь была не заперта. И я как раз вовремя успел отойти от нее, потому как из туалета внезапно вышли два изрядно подвыпивших мужика.
Ярцев продолжал молча смотреть на меня. В его глазах застыл немой вопрос.
— За мной следят. Ведите себя, как обычно. Не дергайтесь. И Коршунова предупредите.
Мы зашли в туалет и молча сполоснули руки. Я посмотрел в зеркало на Ярцева и на миг закатил глаза. Виктор Петрович выглядел так, словно прямо сейчас собирался кого-нибудь убить. Я широко улыбнулся своему отражению и показал знаками, чтобы мой хмурый напарник последовал моему примеру. Получилось, конечно, так себе. Но это лучше, чем ничего.
Когда мы вернулись за барную стойку, я с удовольствием умял порцию блинчиков, потом заказал еще по одной для себя и для Ольги. И только после этого повернулся к Ярцеву с Коршуновым и, делая вид, что показываю им что-то увлекательное, продемонстрировал на телефоне фото бородатого мужика. Тот все еще стоял на своем месте. Я зацепил его боковым зрением, когда заказывал вторую порцию блинчиков.
После того, как с демонстрацией цели было покончено, я перешел к плану действий."
"— Мне он нужен живым.
Я сделал паузу и глотнул чаю. Потом, посмотрев на Коршунова, продолжил:
— Степан Иванович, вам нужно будет перехватить возможного сообщника, если он там будет. Есть вероятность, что они задумали сбежать на машине в надел Волкова.









