Губернаторша улыбнулась, протягивая ему руку для поцелуя:
– Бывали в наших краях?
– Да. Увы, ваше сиятельство – с винтовкой за плечами. Воевал поблизости, в Аджарии, с турками.
По другую сторону стола расположились подчиненные губернатора: правитель канцелярии Правдолюбов и чиновник для особых поручений Шеншин. Завязался разговор, разумеется, насчет смены премьер-министра и ожидаемых изменений в политике. Столичный гость интересовал рязанцев как поставщик свежих новостей. Лыкову пришлось рассказать все, о чем судачили питерские бюрократы. Детям и жене это было неинтересно, и они, поев, быстро ушли.
Алексей Николаевич подтвердил, что такие слухи ходят и сменщиком градоначальника называют хозяина кабинета. Оболенский крутить не стал. Он признался, что разговоры с ним «там» уже вели, и подробно расспросил гостя о столичных порядках. Лыков был человек умный, опытный и информированный, и беседа затянулась.
Уже прощаясь, губернатор заговорил о цели приезда сыщика:
– Вы ведь будете проверять Баулина?
– Да, Александр Николаевич. Помнится, вы за него хлопотали. Не раскаиваетесь сейчас?
Камергер усмехнулся:
– Поддеть хотите, Алексей Николаевич? А вот не раскаиваюсь. По мне, человек на своем месте. С обязанностями справляется. Не пьет в отличие от предыдущего, Сухорукова. Но у вас свой взгляд, какие-то полицейские вещи вам виднее, чем мне.
– Благодарю, – поклонился статский советник. – Ревизия вещь необходимая и полезная. В сыскных полициях по стране много неурядиц, газеты постоянно нас склоняют. Смотреть на вашего главного сыщика стану внимательно, но поедом есть не буду, не умею и не хочу.
На этом разговор закончился, и Кузнецов повез питерца в сыскное отделение. Оно располагалось неподалеку от губернаторского особняка, на Екатерининской улице возле одноименного пруда. Надворный советник завел статского в комнату начальника отделения, познакомил их и уехал – дел невпроворот. Сыщики остались один на один.
– Губернский секретарь Баулин Сергей Филиппович, – повторил командированный. – К вам приехал ревизор.
