В итоге, вся семья Крофа из Коряжек перебралась в Дубки, где для них нашлись и дом, и работа. Особой близости с кровной роднёй у Крофа не возникло, но он нормально общался с родителями отца и постепенно сдружился с братом. Всё же, они были словно отражение друг друга в зеркале.

И сейчас Дэйнор был четвёртым другом жениха, удивляя тех, кто не был посвящён в историю младших близнецов вообще и Крофа в частности. Ничего, знающих в храме тоже немало, ещё венчание закончиться не успеет, а эта история станет известна всем.

Девочки-цветочницы закончили свою ответственную работу, у одной осталось ещё порядочно лепестков, а означенный фронт работ уже был завершён, так что она просто вытрясла остатки из своей корзинки под ноги - и частично на ноги, - Крофа и радостно потопала ко мне вслед за сестрой.

В этом храме они были единственные, кроме герцога и графа, знающих сидящего рядом со мной мужчину с детства, кто не смотрел на него с благоговением и лёгким ужасом.

Получив от меня по поцелую и похвалу шёпотом, Вайолетта и Флёретта - мы с Россом продолжили традицию давать детям имена растений, - спокойно перешли в руки нянек, которые увели своих подопечных, постоянно оглядываясь на сидящего рядом со мной короля.

Мы двое были единственными, кто сидел на стороне родственников Крофа, поскольку все остальные, включая Джуни, считались родственниками невесты. Так уж вышло, что моя сестрёнка не только была официально удочерена Россом, но и семь лет назад вышла замуж за его троюродного дядю, который был младше племянника на пятнадцать лет. И сейчас, вместе с мужем, шестилетним сыном и годовалой дочерью она тоже сидела справа.

А слева - только я и король.

Были ещё знакомые Крофа по бизнесу и бывшие однокурсники, но они родственниками не являлись и занимали скамьи с третьей по последнюю, вторая вообще пустовала.

Дед и бабушка Крофа были уже слишком старыми, чтобы срываться с привычного места, его брат стоял рядом с ним, а больше у него никого не было. Только я и король, да. Поскольку Кроф так и носил фамилию бабушки, а для оборотней это на самом деле было важно. Это я поняла ещё на своей свадьбе, когда к алтарю меня повёл сам король Брокингер, ныне покойный.

Вот это был шок! Для меня, не для окружающих.

Возможно, ещё для Карлиши, а вот для членов семьи Росса, знающих, кто я такая - нет. Для них это было в порядке вещей, я была приёмным ребёнком вдовы брата короля, значит, в понимании самого короля - его племянницей. И не важно, что бабушка никак этого не оформляла, нас не усыновляла, официально нас просто не существовало. Она признала нас своими - для оборотней этого было достаточно.

Нет, короля я дядей называть и на дни рождения приглашать после свадьбы, конечно, не стала.