Я нормально жила в интернате после гибели родителей. Очень уважала тетю, сумевшую сохранить мое наследство и научить нескольким важным вещам. Но, как любой ребенок, в самой глубине души всегда мечтала о настоящей семье… о маме, папе, бабушках и дедушках. О сестре! Раз уж теперь у меня все это есть… почему бы не порадоваться?

— То ли совсем ты рехнулась, то ли, наоборот, стала нормальной, — после паузы наворчала на меня бабушка и вытерла след от помады со своей щеки. — Никогда так не прыгала… даже маленькую было не поймать и за щечки не потискать. А тут такая дылда кидается, больше бабки.

— Теперь можно! — радостно улыбнулась я, подсаживаясь в кресло, благо оно здоровенное, трех бабушек можно усадить, и еще место для обеих внучек останется. — Можешь прямо сейчас потискать!

— Противная девчонка. Но я рада, что ты так бодра и весела. — Кажется, я смутила нашего матриарха настолько, что та не знала, как на меня реагировать. Тем не менее за щеку ущипнула и велела: — Иди уже к себе, смартфон и доступ в сеть с компьютера включены.

— Только пароль не помню, — тут же призналась я.

— Телефон открывается по скану лица или отпечатку, — напомнила мне сестра, которая, оказывается, вовсе не ушла на зов матери, а подглядывала за нами с бабушкой из-за двери столовой. — А паролем от твоего компьютера наверняка был день рождения твоего кумира. В сети глянешь.

— Инициалы и дата рождения Энрике Сантиморы, если быть точнее, — поправила бабушка.

Хм, а родственники, значит, пароль прекрасно знают. Ну, если они принимают даже увлечение дочери пошлыми фанфиками и голожопыми подушками, то не думаю, что стали бы ругать Кирэн за что-то на компьютере. Я все больше не понимаю, почему же она впала в кому.

Мое непонимание усилилось в разы, когда я наконец получила полный доступ к телефону и компьютеру. Для начала меня завалило ворохом сообщений. Их было около тысячи, если не больше! Но это ладно, за то время, пока Кирэн лежала в коме, могло и столько накопиться. Тем более от читателей ее фанфика, к примеру.

Другое дело, что стоило мне открыть первый попавшийся чат — и там случился форменный звездец!

«Кри! Кри вернулась в сеть!»

«Внимание, зверята! Наша мамочка вернулась к нам!»

«Кри, это точно ты⁈ Ты живая⁈ Твоя семья отказывалась давать информацию!»"

"«Мы присылали тебе цветы и фрукты в больницу, но нам сказали, что все передано на благотворительность в детское отделение, потому что тебе ничего нельзя!»

И еще примерно сотня подобных печатных воплей, вопросов, стенаний, поздравлений и подбадриваний. У Кирэн, именовавшейся в сети подозрительно моими «Крис» или «Кри», оказалось полным-полно друзей, которые за нее нефигово переживали.