И немного удивленный взгляд Надии, когда та таращилась на Белого так, словно увидела настоящего бандита, вооруженного до зубов. Впрочем, Поля не сомневалась, что помощник Барновского таковым и являлась. Словом, Архипова смотрела куда угодно, но только не на Славу.
– Всего хорошего, Вратислав Павлович, – максимально спокойно отчеканила Полина и потянула девочек за руку, подальше отсюда.
– Опять этот бугай! Страшила какой-то, – шептала Надия, бросая украдкой взгляды назад. – Он меня еще на твоем дне рождения до икоты напугал.
– У него работа такая, – возразила Майя, – отпугивать людей. Так, Полина, а что происходит?
– Ничего! – фыркнула Архипова.
– Мы так и поняли, – хором выдали девчонки, не поверив ни единому слову Поли и наперебой продолжили: – Мы не верим слухам, Поля. Но ведешь ты себя крайне подозрительно. Разве он не пришел к тебе, чтобы поговорить? Не хочешь его выслушать?
– Исключено! – мотнула головой Полина. Нет, говорить с Барновским он не станет. Ни за что!
***
Слава смотрел девушке вслед. Нехорошо получилось. Он ведь планировал встретить Полину, спокойно пообщаться, если получится – пообедать. Но нет, оказывается, малышка ни капли не остыла. Только хуже стало. Особенно, когда явилась чертова репортерша!
– План «Б»? – хмыкнул Федя, вернувшись на свое место за столик.
У Славы было припасено планов на весь алфавит, только не факт, что хотя бы один из них сработает. Но было жизненно важно встретиться с Полиной до того, как Барновский опять уедет.
– Наверное, уже «Г», – нехотя признался Слава, вынимая телефон из кармана джинсов. Как ни хотелось мужчине обращаться за помощью Мирона, а придется. Не зря ведь Горюнов два часа к ряду трындел о том, какой первоклассный Полина дизайнер.
***
– Полиночка, ты просто не представляешь, как сильно выручила меня! Требуй от меня взамен, что угодно! – восхищенно продолжал Мирон, а Слава сцепил руки в замок, уговаривая себя просто сидеть и слушать.
Ну ведь хреновая была затея настоять на громкой связи. Пусть бы Мирон сам, без свидетелей, пообщался с Полей.
Нет, эта мысль сразу была задавлена в зачатке. Не хватало еще, чтобы чертов Горюнов любезничал с его, Славкиной, Полиной наедине. Так хоть присутствовала видимость присмотра и контроля ситуации.
– Я непременно подумаю над столь щедрым предложением, – рассмеялась Поля, а Слава слегка завис от звука ее смеха.
Черт! Она ведь никогда так беззаботно не смеялась в его присутствии. Все больше отталкивала. Называла сволочью. Заслуженно, тут Слава не спорил. Но хотелось Барновскому совершенно других интонаций в голосе Полины, когда он с ней говорит.
– Значит, я скину адрес сообщением, – продолжал договариваться Мирон, хитро глядя на Славу через стол. Сам же Барновский пытался сохранить на лице невозмутимость.
