Она уже не могла отпустить Бена, просто пожелав ему спокойной ночи. Нужен был сладкий эротический ритуал. Виртуально они занимались любовью тысячей разных способов, но всегда эмоционально и страстно. Не важно, какое настроение разделяли — от быстрого и жесткого траха до тягучего, нарочито затянутого любования друг другом — но на первый план всегда выходили чувства. И каждый раз Бен говорил, что любит ее.

А за окном была весна. Апрель. Олины подруги по закону времени года ударились в любовь, и лишь она ходила мрачнее тучи, злясь даже на Гришу. Он, засранец, словно чувствовал ее неуверенность, даже не намекал на встречу в мае.

Только сказал, что едет на Север, как планировал — и все.

Кроме всего прочего, Ольге не хотелось посвящать отца в свои планы. Если бы она решила задержаться в Питере ради встречи с Гришей, ей пришлось бы либо врать, либо… врать. А потом еще и психовать, не расскажет ли он матери, не решит ли проводить ее на встречу с воображаемой подругой. Родитель, конечно, не особо интересовался ее жизнью, но иногда у него просыпался отцовский инстинкт."

"Время поджимало.

Оля понимала, что если она хочет встретиться с Гришей, то нужно принимать во внимание и вопрос его проживания. Он же должен будет где-то жить: договориться с друзьями или снять какую-то комнатку в хостеле/общежитии. Май — начало турсезона, в Питере по факту даже гостиницу не всегда просто найти. А Гриша не был миллионером, он был обычным студентом с необычными закидонами, без лишних денег.

Наплевав на все свои терзания, Оля решилась и написала Грише, что ее поездка назначена на начало мая. Первого и второго — форум, а потом свобода.

Словно издеваясь, Бен в тот день молчал, как рыба. Зато весточку прислала старшая сестрица. Светка предложила остановиться в квартире ее парня, так как они все равно собирались слетать погреть кости на майские праздники.

Это в корне меняло… все. Одно дело — жить у отца, выбираясь погулять с Гришкой, и совсем другое — иметь в распоряжении пустую квартиру, где они были бы предоставлены друг другу безо всяких ограничений. Слишком заманчиво, даже с учетом Ольгиных комплексов неполноценности.

Она тут же отписала сестре, что с удовольствием принимает приглашение.

И — Грише, приглашая его пожить эти пару дней вместе. Последний среагировал мгновенно. Его согласие переросло в бурный разговор, который закончился… на эротичной ноте.

Засыпая в тот день, Оля почувствовала, как ее наконец отпускают страхи, и душа наполняется сладким томительным предвкушением скорой встречи.

Теперь они с Гришей начинали день, обсуждая дату и время встречи, по сотому кругу сверяя адреса, вокзалы, прибытие поездов.