И сестру с женихом, едва успевших бросить вещи в гостевой комнате, и друга с женой и сыном, так отвыкших, похоже, быть среди шумных компаний, и группу едва только знакомых ребят, не ожидавших встретить на чужбине родные души, да и нас с Синеглазкой и маленьким парнем, радушно встречающих первых в этом доме гостей.
Глава 10. Оля
– Не лей сюда! Отойди! – тихо сердится на Сашку маленький Егор.
– Сынок, надо учиться договариваться, – спокойно втолковывает ему Дерзкий. – Так не стоит. Давай попробуем по-другому, – мягко улыбается одними уголками губ.
Сын едва слышно хмыкнул и поднял свои карие, как у папы, глаза на Сашу.
– Саса, отойди, пожалуйста. Ты мне месаес, – важно выпятил нижнюю губу, указывая маленьким пальчиком на место своей игры.
– Можем попробовать немного не так, – направляет свою маленькую копию Дерзкий. – А давай пригласим Сашу к нам на помощь. Он ведь смотри какой сильный, нам от его помощи грех отказываться.
– Я тоже сильный, – не отступает от своего Егор.
– Не сомневаюсь, – рассмеялся Дерзкий, продолжая обучать сына премудростям человеческого общения.
Я смотрела на это со стороны и удивлялась, откуда вот это всё мог знать мой муж. Он сейчас вел себя так, словно воспитал уже целый детский сад. Но нет, таких навыков у него точно не имелось. Только воспитание шестилетней сестры Ксюши, которая сейчас неподалеку тоже украдкой наблюдает за этой сценой.
Глянув в глаза Ксюши, я увидела в них море разных эмоций – радость от окружающей атмосферы, гордость за брата, счастье за племянника и отчего-то маленькую грусть, затаившуюся в самом уголке глаз.
Ксюша, словив мой неожиданно любопытный взгляд, отвернулась, пряча свои растерянные карие омуты. Девочка моя, уже родная, я и так понимаю, что с тобой происходит.
У тебя такого по вполне понятным причинам не бывало. Лечащаяся от душевной боли мама явно не смогла бы тебя водить на пляж, чтобы строить с тобой такие многослойные песочные замки.
У меня, к сожалению, тоже не бывало, но этому виной другие обстоятельства. Папе-генералу все это было не надо, а у мамы просто не хватало сил, желания и времени. Так мы с братом и росли: вместо песочных замков летом – мягкие кресла в театрах на очередном разрекламированном представлении, вместо пения птиц – камерная музыка в органном зале, вместо перепачканной мордашки – уложенная волосинка к волосинке аккуратная прическа."
"И я не скажу, что мне это не нравилось! Наоборот, я безумно любила классику и театры, вот только мир оказался гораздо шире припавших пылью кулис.
И я точно знаю, что я хотела бы дать своему сыну – полный спектр эмоций и широкий кругозор. А уж дальше, что он по жизни выберет – мы поддержим. Вернее, не так: поддержу я, а Дерзкий заранее озаботится тем, чтобы наш парень не пошел не в ту сторону.
