Это было… омерзительно, противно до тошноты! Прикосновения дракона не казались мне омерзительными — просто страшными. Просто!.. Я не удержалась от смеха и смеялась до тех пор, пока слезы не брызнули. Так, спокойно, Виенн. Возьми себя в руки или погибнешь сразу же.
Дверь спальни резко открылась, и я не сдержала испуганного вскрика — мои нервы были натянуты до предела. Но заглянула всего лишь Фрида.
— Милорд приказал, чтобы вы перестелили ему постель, — сказала она с недовольством. — Чего вы ждете? И еще он велел, чтобы вы переоделись.
Подождав ответа, Фрида недовольно скривилась:
— Вы долго собираетесь здесь сидеть? Пойдемте! Я дам вам постельное белье и одежду.
Я шла за ней по темным коридорам, а слышала только голос дракона: «Не смогу сдержаться в следующий раз», «не ты одна ценишь содержание, а не переплет», «развлечешь нас с братом».
— Госпожа Фрида, — позвала я, — а как милорд Гидеон относится к своему брату? Я заметила, они очень близки.
— Они с детства — не разлей вода, — сухо ответила Фрида, наверное, все еще сердилась на меня за нерасторопность. — Господин Дилан обожает брата, просто слепо обожает. У него буйный нрав, у младшего господина, и только милорд Гидеон может держать его в узде.
Не разлей вода… Значит, всегда действуют заодно… Как же мне придется их развлекать?! Я молитвенно переплела пальцы, но прочитать молитву не смогла — голос дракона звучал в моей голове все громче и громче.
Фрида привела меня в комнату, где пахло свежестью чистого и наглаженного белья. Сундуки вдоль стен напоминали затаившихся чудовищ — огромные, с выгнутыми крышками, словно вздыбившие спины, с замками, блестевшими, как глаза. Фрида подняла светильник повыше и безошибочно открыла пасть одному из «чудовищ». Там лежали простыни и наволочки — белоснежные, сложенные ровно, шовчик к шовчику, без единой морщинки.
— Берите две простыни и две наволочки, — скомандовала Фрида, — и пойдемте в гардеробную, подберем вам что-нибудь по росту. Прежде чем будете переодеваться — помойтесь. Милорд не любит грязи."
"Я следовала за ней, еле передвигая ноги. Милорд не любит грязи… Значит, надо привести себя в порядок, чтобы понравится милорду… А его брат такой же любитель чистоты? Или ему мне не обязательно нравиться?
— Выбирай, что нравится, — сказала Фрида, открывая дверь в другую комнату — здесь сильно пахло лавандой. — Вот в этом сундуке платья твоего размера, а вон там возьми белье.
Она сама открыла крышку, и я увидела сложенные аккуратными свертками платья — светлые, темные, все из добротной, но тонкой ткани, со шнуровками и даже вышивкой. Помедлив секунду, я взяла что-то темное, показавшееся мне самым неказистым.
