— То есть ты хочешь, чтобы моя Лана выдала себя за Телани? — уточнила Мотя совершенно спокойно.

Почему-то её предложение герцога вообще не возмутило.

— Рискованно. Кто-то может узнать об истинной Телани и ее состоянии. Я бы придумал для Ланы подходящую легенду и сделал все необходимые документы так, чтобы никому и в голову не пришло проверять заграничную аристократку. Что скажете?

Я встала из кресла, чувствуя дрожь в коленях, и взглянула на Мотю.

— Нам надо подумать и посовещаться. Где мы можем остаться с Матильдой наедине?

— Я выйду. Клянусь, в кабинете нет прослушек. Буду ждать вас в столовой. Приходите, когда примете решение.

И он ушёл, закрыв за собой дверь с тихим щелчком. А я опять упала в кресло — как Ванька-встанька, ей-богу.

— Нет, ну ты посмотри на этого предприимчивого герцога! — возмущённо воскликнула я, глядя на Мотю.

— Тоже оценила, да? Отличный выйдет император, — свернула куда-то не в ту сторону кошка.

Я поморщилась, скривив губы.

— Манипулятор!

— Очень похвальная черта характера. Одобряю! — покивала Матильда, усаживаясь поудобнее на подлокотнике кресла. — Самое то в дипломатии и достижении целей.

— Матильда! Прекрати его нахваливать! — топнула я. — Мне не нравятся такие люди.

— Ой, мне-то не ври, Света, а то я тебя не знаю! — фыркнула кошка, прищурив зелёные глаза. — Хочешь напомню, какие тебе персонажи всегда нравились?

Я на миг задумалась, прикусив щёку, и поджала губы. Не могла не признать, что праведники особенного впечатления на меня не производили. Обаятельные плохиши куда интереснее. Вздохнула, потирая виски.

— Ну и что ты думаешь по поводу его предложения?

— А что тут думать? Надо соглашаться! — Мотя подпрыгнула на месте от возбуждения. — Это отличный шанс добиться своего. Смотри: он тебя полностью легализует — раз. Два — ты сможешь затребовать у него любую награду. Не знаю, что он там собирался провернуть, но, предъявив тебя своей семье, он должен будет потом тебя куда-то деть, то есть после получения трона он с тобой «разведётся». А ты потребуй, чтобы он и с Телани развёлся. Можно это выдвинуть как условие. И тогда тебе даже не придётся ему сердце разбивать.

Я задумчиво постучала пальцем по губам, ощущая лёгкое головокружение от такого напора.

— А с какой стати мне требовать его развода с женой? Какое мне дело до этого?

— Ну не знаю… Вы, люди, все странные, — покачала Мотя головой. — Вам всякие идиотские мысли в голову приходят. Прикинься защитницей сирых и убогих. Вы такое любите.

— Ну не знаю… — повторила я Мотины слова. — Он всего на два дня попросил меня прикинуться его женой. Только чтобы семье показать, а не в свет выводить. Не сочтёт ли он такое требование чрезмерным? Всё же это очень глубокое погружение в личную жизнь.