Лениво переговаривались, обмахивались полотенцами и жаловались на жару. Наконец Верка начала собирать со стола.
— Работать будешь или на речку пойдешь? — спросила она меня. Женька насторожилась, а я ответила обреченно:
— Какая работа в такую жарищу?
— Да уж… Топайте купаться, а я вымою посуду и вздремну немного. Целый день как пыльным мешком из-за угла прибитая, голова болит, и лень такая, что на свет божий смотреть не хочется.
Тут послышался шум проезжающей машины, и Верка все-таки взглянула на свет божий, а вслед за ней и я. За окном мелькнул тот самый «Део», который мы заметили в посадке, и скрылся в направлении реки. В этом факте не было ничего удивительного, в той стороне мост, а за мостом большое село, и машины здесь нет-нет да и проезжали, хотя в село вела асфальтированная дорога прямо с шоссе, но Верка вдруг замерла с чашками в руках и нахмурилась, совсем как ее дочка полтора часа назад.
— Ты чего? — спросила Женька, которой всегда больше всех надо.
— Так, — неопределенно ответила Верка, провожая взглядом «Део».
— Он в посадке стоял, — влезла я, хотя меня и не спрашивали, — когда мы за хлебом ходили…
— В Степанове полно дачников, — мудро рассудила Женька, и на этом мы бы, наверное, успокоились, но «Део» вновь появился под окнами. Проехал очень медленно, и на этот раз я смогла увидеть водителя. За рулем сидел светловолосый парень лет двадцати пяти в ярко-желтой рубашке.
— Это точно он, — заявила Верка.
— Кто? — насторожилась Женька, с которой профессия журналиста давно сыграла скверную шутку: она не могла не задавать дурацкие вопросы, а Верка у нас чемпион по дурацким ответам. Вот и сейчас она порадовала:
— Этот парень.
— Ну и чего? — не унималась одна моя подружка, а другая опять ответила:
— Ничего. Просто… неспокойно что-то…"
"Разговор двух дурех. На него вообще не стоило бы обращать внимания, но вместо этого я нахмурилась и тоже полезла к Верке:
— А чего неспокойно? На какой предмет то есть?
— Я видела этого парня, — ответила она, — на прошлой неделе, в городе. В магазин пошла, а он следом… а потом во дворе крутился.
— Следил, что ли? — выпучила глаза Женька. Эта мысль даже Верке показалась глупой. Она взглянула с сомнением и отмахнулась:
— Иди ты…
— А чего ж тогда? — Женька все еще таращила глаза и явно получала удовольствие от происходящего.
— Откуда мне знать? Ну… шел сзади, я его в витрине увидела, случайно. А потом он во дворе вертелся. И вот сегодня в деревне.
— Для совпадений слишком круто, — здраво рассудила я. — Если ты, конечно, ничего не путаешь и парень тот же…
— Может, и путаю. Он тогда без машины был…
— А вдруг он влюбился? — выдвинула потрясающую идею Женька, у нее с юности наблюдалась повышенная склонность к романтическим бредням.
