Тот отмахнулся от нее:

– Да не беспокойтесь вы об этом.

– Так что нам теперь делать? – спросил Ричард.

Привести Люси, – тут же последовал ответ Гермионы.

Грегори согласно кивнул:

– Она права.

– Нет, – возразил Хейзелби, вставая. – Нам нужен мой отец.

– Ваш отец? – удивился Ричард. – Вряд ли он отнесется к нашей затее благожелательно.

– Вполне вероятно. Не побоюсь сказать, что он становится невыносимым для собеседника уже через три минуты общения. Зато у него могут быть ответы. К тому же, несмотря на свой вспыльчивый характер, он практически безвреден.

– Практически? – уточнила Гермиона.

Хейзелби задумался на мгновение.

– Практически.

– Нам надо действовать, – сказал Грегори. – Итак. Хейзелби, вы с Феннсуортом разыщете вашего отца и допросите его с пристрастием. Попытайтесь выяснить правду. Леди Феннсуорт и я отправимся за Люси и приведем ее сюда, и леди Феннсуорт останется здесь с ней. – Он обратился к Ричарду: – Прошу простить за то, что распределил роли именно так, но мне нужна ваша жена, чтобы защитить репутацию Люси, если нас вдруг обнаружат. Она отсутствует уже почти час. Наверняка кто-то уже заметил это.

Ричард сухо кивнул ему, но было ясно, что ситуация его не устраивает. Однако он осознавал, что выбора у него нет. Понятия о чести требовали, чтобы именно он задал главный вопрос лорду Давенпорту.

– Отлично, – заключил Грегори. – Договорились. Я присоединюсь к вам обоим...

Он замолчал. Он совсем не знал планировку дома, изо всех помещений ему были знакомы только спальня Люси да туалетная комната наверху.

– Ждите нас в библиотеке, – дал указание Ричард. – Она на первом этаже, выходит на восток. – Он шагнул к двери, затем обернулся и сказал Грегори: – Стойте здесь.

Я сейчас вернусь.

Мрачного выражения, появившегося на лице Ричарда, оказалось достаточно, чтобы удержать на месте сгоравшего от нетерпения Грегори. И действительно, брат Люси вернулся меньше чем через минуту и принес с собой два пистолета.

И протянул один из них Грегори.

Господь всемогущий!

– Оружие может понадобиться, – угрюмо проговорил Ричард.

– Не приведи Господь, – тихо произнес Грегори.

– Прошу прощения, вы что-то сказали?

Грегори покачал головой.

– Тогда успеха. – Ричард кивнул Хейзелби, и они поспешно покинули комнату.

Грегори повернулся к Гермионе.

– Пойдемте и мы, – сказал он и повел ее в направлении, противоположном тому, куда ушли Ричард и Хейзелби. – И постарайтесь судить меня не очень строго, когда поймете, куда я вас веду.

До его ушей донесся тихий смешок.

– Почему-то мне кажется, – проговорила Гермиона, поднимаясь вслед за ним по лестнице, – что если я и буду судить вас, то присужу звание самого хитрого.

– Я не очень верил в то, что она никуда не сбежит, – признался Грегори, шагая через две ступеньки.