– Он заметил, что я колеблюсь. – Лучше сейчас, сразу. Неизвестно, увидимся ли снова.

Пожалуй, что так. Пожала плечами:

- Ума не приложу, что это, но идём.

Мы шли по оживлённому проспекту обратно в сторону районного суда, где Влад оставил свой внедорожник. Я теребила в руках решение суда. Руки Влада лежали в карманах брюк. Мы были рядом, но так далеко друг от друга. Словно какая-то пропасть пролегла между нами. То ощущение от первых минут новой встречи оказалось обманчивым. Два года не прошли бесследно. Мы оба изменились, слишком изменились, и прошлого не вернёшь. Нужно оставить всё там и двигаться дальше.

Хорошо, что увиделись и всё прояснили в какой-то мере. Не сказать, что он злится на меня. Уже и забыл, наверняка, пора и мне отпустить окончательно и забыть. Да, так и сделаю.

А вот и машина. Влад обошёл внедорожник, я осталась стоять на тротуаре.

- Вот, держи.

- Блин блинский! Мой скейт! – Ахнула я, зажимая листы бумаги под мышкой и принимая доску. – Как… как ты сохранил его?!

- Я ведь обещал, что ты получишь его, когда проект закончится.

- Да уж!

- Больше не катаешься?

Мы оба посмотрели на мои аккуратные лодочки телесного цвета, я рассмеялась:

- Сейчас как-то не до этого. Едва доползаю до кровати, какой уж тут скейт.

- Жаль. Я помню, что тебе это нравилось.

Что-то в его взгляде испугало меня. Какая-то властная неотвратимость. Его тёмные глаза смотрели в самую душу. Он один видел меня насквозь, всегда знал, что сказать и как. Я так привыкла быть свободной, и меня испугала, до чёртиков испугала моя реакция на него, эта полная зависимость, которая никуда не делась! Вот только сейчас мне есть, что терять, и я не готова легко отказаться от уютной привычной жизни. Крикнула, делая шаг назад:

- Это… это было давно! Прощай, Влад!

Развернулась и пошла прочь быстрым шагом.

- Арина!

Влад.

Она ускользала опять, и сейчас всё было в сто тысяч раз сложнее, потому что теперь здесь была не просто девчонка, взирающая с восхищением на меня, взрослого и умного. Да, милая, смешная, до одури сексуальная, но всё-таки девчонка, на чей счёт у меня не было иллюзий, и в чью голову, я знал, легко вложить нужные мне мысли.

Всё изменилось, и теперь уже я терялся, боясь сказать не то и не так красивой незнакомке. Читал в её взгляде скрытую сдержанность и ум, в манерах и жестах – осторожное достоинство и полное владение собой. На вопрос о Старском она солгала, и я не знал, радоваться этому или отчаянно злиться. Я обязательно вытащу из неё правду, но не сейчас. Этот разговор не для сегодняшней встречи.

Главное сейчас – не дать ей уйти. Не упустить снова.