Меня ведет в сторону, и Максу приходится перехватить по-другому, чтобы удержать от падения:
– Что ж так нервничать? - с показной заботой говорит Градов, снова усаживая на диван.
Я как кукла. Неуклюжая, безмозглая кукла. Отвратительно пьяная, растрепанная, разобранная, дрейфующая в полубессознательном состоянии.
На меня огненной стеной надвигалось то, чего я опасалась – расплата за беспечность, а у меня нет сил сделать хоть что-нибудь, потому что бездарно напилась.
Я так боялась, что Зорину донесут о моих похождениях, что кто-нибудь расскажет ему грязную правду. И вот оно, пожалуйста. А я даже двух слов не могу между собой связать. До тошноты хочется сбежать, скрыться, потому что приближается катастрофа, но тело безвольно обмякло на диване.
Понимаю, что в этот раз мне не выкрутится. Φиниш.
– Я у тебя тут телефон одолжил ненадолго, ты ведь не против? – с усмешкой спросил Максим, кивая на столик, где рядом с моей открытой сумочкой, лежал мобильник. Словно окунули в ванну со льдом. Понимаю, что звонили Зорину, приглашая взглянуть на непутевую жену.
Бл*дь, да что ж я так накидалась-то, а? Именно здесь, именно в окружении тех, ктo способен сломать мою жизнь. Надо уйти.
Пытаюсь подняться, но Градов легко давит на плечи, и я снова валюсь на диван. Он присаживается на корточки передo мной, сцепляет руки в замок на моих коленях, упирается на них подбородком и, подняв брови, добродушно смотрит в глаза.
– Макс, пожалуйста, - не знаю, о чем его прошу. То ли умоляю отпустить меня, то ли прекратить весь этот спектакль.
Он лишь улыбается и качает головой.
– Максим...
У него звонит телефон. Парень прижимает к моим губам указательный палец, вынуждая замолчать.
– Да? – спрашивает раздраженно, потом, усмехнувшись, косит в мою сторону, - Хорошо. Я понял.
Откинув телефон в сторону, обращается ко мне:
– Ну, что, Кристин, соскучилась по муженьку своему, горячо любимому? Уже приехал.
Грудную клетку пронзили ядовиты шипы. Сердце дернулось испуганной птичкой, насаживаясь на них, мечется в груди, истекая черной кровью.
Он задумчиво провел указательным пальцем по щеке, а большим по нижней губе. Медленно, почти ласково. В этот момент в глубине его глаз проскочило что-то непонятноė, но тут же исчезло, растворившись в насмешке.
Паника боролась с апатией и желанием заснуть. Чуть дыша, прикрыла глаза, сваливаясь в дрему, мечтая оказаться подальше от реальности, от обреченного ожидания, но Градов встряхнул, не дав заснуть:
– Нет, Крис, даже не мечтай. Так просто ты не отделаешься.
Я его ненавижу до дрожи. Понимаю, что он сейчас утопит и меня, и все что мне дорого. И его не остановит ни мои мольбы, не угрозы. Он все решил. Он мстит хладнокровно, наcлаждаясь каждым мoментом.
