Глава 25
Пребываю домой только к ночи. Принимаю душ и вырубаюсь сразу же, так и не повидав детей и Эльвиру.
А вот с утра на это и подавно нет времени. Будит меня отец, причем ни свет ни заря.
– Поднимайся, Шамиль, – его тяжелый бас над ухом раздражает мои барабанные перепонки. – Чем быстрее договоримся, тем быстрее расквитаемся и вздохнем с облегчением.
Со стоном приподнимаюсь и надеваю брюки.
– Пять минут, – хмуро отвечаю, прикидывая, сколько по времени займет умыться.
Спускаюсь вниз уже при полном параде и с хмурым выражением на лице. Самое то для оскорбленного во всех смыслах жениха. Встреча назначена в ресторане, в одной из кабинок, от лишних глаз и ушей. Едем в автомобиле в тишине.
– Саламалейкум, – первым подрывается Фархат, здороваясь с отцом, а затем со мной.
Рядом с ним сидит какой-то старик, смотрит на нас прищуренным взглядом.
– Уалейкум ассалам, – культурно отвечает отец, я лишь киваю, все также смотрю хмурым взглядом.
Вижу сидящую возле отца Мадины какую-то молоденькую девушку в хиджабе. Свожу брови на переносице, догадываясь, для чего ее привели.
– Мы пришли обсудить деликатный для обеих наших семей вопрос, – начинает речь дед, вальяжно оглаживая свою бороду. – Меня зовут Файзулла, я – младший брат покойного отца Фархата. Буду молвить за клан.
– Долго эту тему размусоливать времени у нас нет, – наклоняюсь вперед, упираясь локтями о колени. – Перейдем сразу к теме о размере компенсации.
Тишина. Только слышно частое дыхание девушки.
– Зачем же так сразу, господин Шамиль, – мягко стелет старый, щуря глаза. – Выпьем чаю, как полагается. Обсудим варианты.
Не выдерживаю, откидываюсь снова на спинку стула, хмуро оглядывая этих персонажей. Хотят выйти сухими из воды и остаться в плюсе? Серьезно надеются меня обвести вокруг пальца?
– И какие же у вас приготовлены варианты? – хищно скалюсь.
Отец все это время молчит, но я слышу, что пышет жаром легкого недовольства. Еле уловимого, незаметного взгляду посторонних, но я все же знаю его не первый год, родная кровь, один дом все же.
– С Мадиной нехорошо вышло, – берет слово старший из клана Фархата, а тот, как ни странно молчит, знает, что может все испортить своей речью. – Но вы сами понимаете, что нашей вины в том нет. Не углядели, да. Но разве ответственны мы за то, что молодец из другого клана влюбился в нашу красавицу и ради любви решился на подобное?
Стискиваю зубы, еле сдерживая смех. Неужели на это упор сделать хотят?
– Неужели? – слегка саркастично спрашиваю, подначивая продолжить разговор в этом направлении.
– Фархат вчера лишил Мадину наследства. Свадьба состоится уже через несколько дней. Сами понимаете, это позор, если не выдадим ее за этого парня. Все семьи уже в курсе. Будет задета честь рода, честь девушки.
