Ещё и без предупреждения… Поздним вечером… Странно! Что вообще могло понадобиться от меня в такое время? Тем более когда можно просто-напросто позвонить… Или у меня телефон сел?.."

"Мысли проносились сумятицей в голове, и я не могла предугадать причину внезапного появления Деспота. Лишь замерла и, хлопая глазами, смотрела на него, одетого с иголочки в костюм-тройку, со слегка растрепавшимися от ветра волосами и странным выражением лица, поскольку типичные ворчливость и надменность сменились чем-то более мягким. Сейчас Барышев походил на обычного мужчину, немного взволнованного, задумчивого, и оттого нервы мои натягивались с каждой секундой нависшего молчания. Будет продолжать говорить, какой он всемогущий и сыпать угрозами? Или ищет новый подход для того же результата влияния? Я не знала, чего следует ожидать…

— Зачем? — выдавив из себя одно-единственное слово, я прикусила щёку изнутри и бросилась в размышления.

По спине предательски пробежал холодок, предсказывая, что хорошей или хотя бы нейтральной информации от Барышева ждать не стоит. Что бы он ни сказал, но после каждой встречи все усложнялось до огромных клубков, из которых, запутавшись, теперь невозможно выбраться. Очень «гостеприимное» поведение с моей стороны, конечно, вот только и Деспот совсем не тот человек, которого здесь ждут с распростёртыми объятиями.

— Нам нужно поговорить. В спокойной обстановке.

Снова эта фраза… Сколько он ее уже повторил сегодня?

Барышев держался очень сдержанно. Голос его звучал безэмоционально и сухо, что тоже показалось мне необычным. Обычно речь Деспота изобиловала негативом, а сейчас мужчина словно пытался спрятать усталость за ширмой безразличия.

Сдавшись любопытству, я сделала шаг назад, освобождая ему место для прохода, и продолжила сверлить «гостя» взглядом. Волнение по-прежнему не отступало, потому что общение наедине поздним вечером могло вылиться во что угодно — и наверняка не в мою пользу. На что способен Барышев, если я скажу что-то лишнее, до сих пор оставалось загадкой, а решение находить мне абсолютно не хотелось.

— Спасибо! — прошептал он, вошёл, прикрывая за собой дверь, и принялся разуваться.

— Я ещё не везде помыла, и пол мокрый…и, возможно, скользкий… — предупредила я, сделала несколько осторожных шагов в сторону ведра с водой и опустила в него тряпку.

Зачем я вообще это сказала? Мне хотелось скрасить молчание хоть чем-то, потому что напряжение между нами только нарастало. Я не могла избавиться от страха, который распространялся внутри и леденил сознание.

— Проходите на кухню. Могу чай налить… — Слова прозвучали чересчур натянуто, и мне пришлось прокашляться.