Полная противоположность человеку, которого я знала до этого.
Возмущение из-за воспоминаний обо всем упомянутом тотчас развеялись, стоило мне посмотреть в обеспокоенные глаза.
Афера и я — это всё слишком далеко друг от друга. Никогда мысли не допускала, чтобы обмануть кого-то, даже когда получила четвёрку на важном экзамене, а могла успешно списать на пять. Ввязываться в нечто подобное и рожать малыша ради выкачивания денег я бы никогда не согласилась. Никогда.
— Нам просто следует решить, как быть дальше…
Барышев снова уселся напротив меня и положил оба локтя на столешницу, переплетя пальцы в замок. Я сделала глоток чая и взяла котлетку, потому что уж очень хотелось есть. А вот что можно сказать мужчине, понятия не имела. Я и для себя-то не решила пока, что и как сделать. Даже не знала, как вести себя.
— Я понимаю, что всё это сложно, но это мой ребёнок… — Деспот осёкся на этих словах.
Я подняла голову, и наши взгляды встретились. Мы смотрели друг на друга, как враги, выбирающие стратегию дальнейших действий.
— Это ваш ребёнок, — глухо прошептала я. — Но и мой тоже… Вы ведь… Вы ведь не использовали яйцеклетку своей жены?
Как делаются процедуры искусственного оплодотворения, я понятия не имела. Да и можно ли было это считать искусственным способом? Стоило представить, что во мне может расти совсем чужой ребёнок, как мне сделалось страшно. Примет ли его организм в таком случае?
— Нет, — честно признался Деспот и прильнул губами к чашке, делая несколько жадных глотков.
— Моя жена не принимала участия в принятии этого решения, как и в процессе оплодотворения. Мне бы хотелось попросить тебя больше не говорить о ней. Хорошо?
— Но почему? — не выдержала я.
— Потому что ты лезешь ко мне в душу, а там непроглядная тьма, которую лучше не выпускать! — ответил мужчина, сверкнув гневным взглядом.
Ну конечно! И это называется разговором по душам! Барышев закрывался от меня, но при этом хотел, чтобы я взяла и выложила сразу всё, что чувствовала. Так, что ли? Раздражение снова охватило меня, поэтому я постаралась переключиться на вкус маминых котлеток. Шикарные…
— Ты не потянешь ребёнка сама. Кроме того я в любом случае буду принимать участие в его жизни. Я не стану давить на тебя и дам время всё обдумать и взвесить. Договор, который подписал я с твоей сестрой, всё ещё действует. Да любой судья ведь окажется на моей стороне, потому что это мошенничество!
Я ненароком обратила внимание, как тяжело давалось Деспоту каждое слово. Он хотел говорить нормально, не запугивать меня, но в то же время боялся, что я не отдам ему ребёнка. А я понимала, что сама пока не решила, как поступить.
