Мужчина поставил кружку передо мной и покосился на тарелку с завтраком, который не успел съесть. Выкинув яичницу в мусорку и осторожно сложив тарелки в посудомоечную машину, он вернулся со своей кружкой чая и присел за стол, но спокойствие долго не продлилось:

— Чёрт, — негромко выругался Роберт себе под нос. — Тебе нужно перекусить ведь, сегодня толком ничего не ела… Давай я нарежу бутерброды с сыром и ветчиной?

Он был такой заботливый… Сейчас его забота проявлялась особенно хорошо, и я понимала, что таким образом Роберт пытается избавиться от болезненных мыслей. Спорить я не стала и ответила кивком. Есть сильно не хотелось. Если честно, у меня вообще не было аппетита, но, если ему это помогало отвлечься от горя, я готова была перекусить.

Поднявшись на ноги, я подошла к раковине и помыла руки. После посещения похоронного бюро меня до сих пор немного лихорадило. Там даже воздух был наэлектризован чужой горечью, а музыка, которая доносилась из прощального зала, так сильно давила на нервы, что я едва выдержала, пока сделала выбор и заполнила все бумаги.

Я вернулась за стол и стала наблюдать за Деспотом. Он осторожно нарезал сыр и ветчину тонкими ломтиками, а я вдруг вспомнила нашу первую встречу. В попытке запугать меня и заставить признаться в том, чего не совершала, выглядел он на самом деле устрашающе. Я боялась его и готова была на всю улицу кричать: «помогите, убивают!», а вот сейчас смотрела на него и понимала, что этот человек просто не способен на что-то ужасное. Он и Лике угрожал больше словесно, чтобы добиться правды, ведь сестра обманула его, после чего стала игнорировать. Я больше чем уверена, что Деспот не позволил бы себе обидеть её, даже если бы узнал в тот момент правду лично от неё самой."

"Когда бутерброды были готовы, Роберт поднялся на ноги. Он виновато посмотрел на меня, а потом на часы. Время летело очень быстро и уже приближалось к вечеру. Я даже не заметила, как быстро всё случилось. Вроде бы я совсем недавно приехала, чтобы поговорить с ним и вернуть деньги. Взгляд упал на пакет с купюрами, и мне стало неприятно, что ещё и этим «разговором» омрачила его день. А ведь мы так и не договорили и не пришли к общему мнению о том, как быть с ребёнком. Сейчас, глядя на Роберта, я понимала, что он будет прекрасным отцом для малыша. Всю ту любовь, которая жила в его сердце и принадлежала жене, он будет дарить ребёнку, вот только… Что станет со мной, если отдам своего первенца? Сейчас, когда Роберт стал вдовцом, мы могли бы заключить с ним договор… Фиктивный брак, чтобы малыш жил в полноценной семье и ни в чем не нуждался, но завести разговор на эту тему в данный момент я бы не решилась, поэтому пришлось отмести эту мысль.