Странно вообще, что аристократы публично поддерживают разных царевичей, — проговорил я, изображая вчерашнего простолюдина.

— А что с этим не так? — усмехнулась девушка.

— Ведь должен остаться только один! — неожиданно влез в наш разговор Змея. — Что будет с теми аристократами, кто поддерживал неправильную сторону?

— Да ничего не будет, — пожала плечами Света. — Ну может, небольшое временное ослабление, не более. Проигравших будет слишком много, чтобы всех вырезать. Будут договариваться, торговаться.

— М-м-м… — протянул Олег. — Ну да. Логично. Круто, что ты так в этом всём хорошо разбираешься. Я думал, тебя только битвы интересуют.

— Эй! — возмутилась герцогиня. — Вот это сейчас обидно было. Послушай меня внимательно, Олег, и заруби себе это на носу. Аристократ может специализироваться на чём-то одном. Но иметь хотя бы общее представление, как работают другие сферы жизни, он должен.

— Понял, запомнил. Спасибо за науку, — с серьёзным видом проговорил Олег и обозначил поклон.

Света снисходительно улыбнулась. А затем заметила мой взгляд и удивлённо хлопнула длинными ресничками.

— Чего, Максим? — пролепетала она. — Тоже что-то спросить хочешь?

«А как лично ты относишься к моему брату — третьему царевичу Алексею?» — вертелось у меня на языке. Я осознал, что, если мне придётся открыто конфликтовать с братьями, мне бы не хотелось оказаться по разные стороны баррикад со Светой. И уж точно не хотелось бы ее убивать.

Однако ничего спросить я не успел, так как в столовую влетел курсант и закричал:

— Полковник Игнатов приехал! Я только что его видел! И с ним куча народу…

В столовой вновь стало невообразимо шумно. Не время сейчас обсуждать фракции царевичей Российской Империи.

* * *Спустя два часа я сидел в кабинете в штабном здании лагеря напротив мужчины с залихватскими усами и лысиной. Игнатов глядел на меня и хмурил свои кустистые брови:

— То есть помимо конфликта с княжичем, у тебя был конфликт и с майором Апраскиным и другими курсантами?

— Был, — кивнул я. — Вы сами предупреждали, что в лагере могут оказаться те, кто не жалует личных стражей. Но я и подумать не мог, что одним таким окажется Комендантом корпуса.

Игнатов раздражённо выдохнул и недовольно посмотрел на мой телефон, лежащий на столе между нами. Я таки решил показать ему запись нападения на Змея. Раз уж в лагере Корпуса всё равно будут перестановки, пусть заодно и присмотрят за теми аристократами, которые тут останутся среди неофитов.

Запись же, сделанную в кабинете Апраскина, я демонстрировать не стал. Легко объяснить, как ты в темноте на улице подкрался к злодеям, увлёкшимся избиением одного парня. А вот как ты залез в кабинет, когда там полно народу, объяснить нелегко.