Но брать было решительно нечего. Не столовое же серебро тащить?
Хотя картина с котом в вязаном свитере и шапочке мне очень понравилась. Я не удержался и снял её со стены в гостиной и прихватил с собой.
Ну и деревянный глобус-бар был очень красивый — неизвестный мастер явно вложил душу в это творение. Глядя на этот глобус, я сразу понял, что в моём будущем особняке ему и напиткам, которые хранятся внутри него, точно будет лучше, чем тут.
Антоха тоже кое-что прихватил…
Ладно, признаю. По мелочи мы добра набрали. Много всё равно утащить бы не получилось — мой пространственный карман не резиновый, а Антон и вовсе набивал карманы обычные, тряпочные.
И если в самом особняке нас ждали лишь утешительные призы, то реально стоящие трофеи мы собирали с трупов. Украшения-оруженосцы, наполненные артефактами — вот что действительно ценно.
Если всё, что мы добыли во время войны с Измайловыми, вытряхнуть из оруженосцев и выставить на аукцион, то минимум полмиллиарда мы заработаем. Но, скорее всего, гораздо больше.
По правилам ведения дворянских войн мы вполне могли бы занять усадьбу Измайловых.
Так что, порыскав по дому, мы с Антоном отправились восвояси.
Мой друг, он же мой первый вассал, едва на ногах стоял. Я его немного подлечил, когда никто не видел. Но всерьёз заняться лечением Антона смог лишь в машине, когда нас подобрал Виталя.
— Кто ж тебя так? — хмыкнул я, восстанавливая Антохе порванные кишки.
— Да этот гад… Глеб Ладыгин. Отомстить пытался, ярился. Но в итоге я ему отомстил за то, что целой толпой на меня напали и отвезли к этому мерзкому графу.
В общем, даже после боя, даже в машине, мне пришлось обжираться чипсами восстановления…
Домой я добрался в начале восьмого утра. Усталый, голодный и желающий смыть с себя всю ночную грязь. Раздеваться начал на автомате по дороге в ванную. Открыл дверь…
— Максим? — уставилась на меня совершенно голая Кристина. Лёжа в ванной, она что-то читала на телефоне. — Ты вернулся? Позавтракаем вместе? И…
До неё дошло, как она выглядит.
Девушка смущённо взвизгнула и отвернулась к стене, прикрывая большую красивую грудь руками.
Правда, при этом подставляя моему взгляду округлые аппетитные бёдра.
— Пожалуйста, отвернись, — пискнула она.
— Прости, торможу, — отозвался я отворачиваясь.
— Ты говорил, придёшь позже, — зачастила она позади меня. — Подожди, пожалуйста, снаружи, сейчас я быстро освобожу тебе ванну и накрою на стол.
Спустя десять минут я отмокал в горячей ванне.
