— Максим? Ты что-то готовишь? — спросила Кристи, заглянув в кухню.

— Да банки разбирал, — отозвался я. — Закатки испортились.

— Хм… — задумчиво протянула она, оглядывая помещение. Смешно дёрнув носиком, девушка поморщилась и проговорила: — Ну ты главное не расстраивайся. Нельзя быть идеальным во всём. А завтрак я утром закажу, не переживай.

И быстро вылетела из кухни. Правда, далеко не ушла — я пошёл за ней и нашёл Кристину в гостиной.

— Тебе нравятся такие сериалы? — удивлённо спросила она, указывая на экран. Сейчас там щупленький женоподобный кореец рыдал перед зеркалом.

Даже страшно представить, что за сюжет у этого произведения.

А Кристи ехидно посматривала то на экран, то на меня. В моей голове хихикала зверюга.

Внезапно как-то слишком много «разумных» созданий появилось вокруг меня. Целых полтора, и они уже умудряются капать мне на мозг.

Может, поэтому мой родной папаша дочерей скидывал на сторону? А когда жён и сыновей стало слишком много, просто самовоспламенился? То есть самоустранился?

Я медленно пошёл на Кристину. Улыбка слетела с её лица. Я приблизил своё лицо к её.

Она напряжённо задышала и покраснела.

— А ты что, из тех людей, кто судит других за их увлечения? — тихо прошептал я. — А, госпожа-автомеханик?

— Нет, прости! — отпрыгнула она и зачастила: — Да, была не права. Смотри хоть корейцев, хоть китайцев. Не осуждаю!

И пулей улетела обратно в свою комнату.

«Это было жёстко, оппа» — изрекла зверюга.

«Не называй меня так».

«Перестану, когда перестанешь звать меня зверюгой, оппа. О! Сейчас Эмилию покажут! Не отвлекай меня!»

Глава 6

Возле дома я стоял, качаясь…

Я изображал подпитого мажорчика, который живёт по принципу: «утром выпил, весь день свободен».

Одет я был в странный наряд: темно-синие штаны, узкие сверху, но широкие внизу, светлая рубаха с чёрными и серыми горошинами. У рубахи были огромные и треугольные лацканы, считай, до самой груди. Но главное — рукава заканчивались петлями для пальцев. Рубаха эта отлично скрывала и Метку, и браслет-оруженосец.

Странный наряд. Но, с-сука, дрогой и модный. Из свежей коллекции графа Зайцева.

— Дяденька, вам плохо? — заискивающе спросил чумазый малец-оборванец в грязной жёлтой футболке. Он смотрел на меня снизу вверх такими искренними глазами… Неудивительно, что добрая девочка Кристина повелась на эту блестящую игру профессионального побирушки.

— Мне… хорошо, парень! — ответил я, выдохнув в его сторону невидимое облако пивного перегара. Я выпил всего одну бутылку. Но Виталя подсказал, какое дешманское пойло лучше брать, чтобы от него в округе цветы вяли.