Да и от Лорана следовало держаться подальше.

Глава 25

Лоран напомнил о себе сам: пришел забирать свои баночки из-под мази, вел себя сдержанно, был угрюм, на меня практически не смотрел. Видимо, его впечатлил очередной претендент на мою руку. Принц троллей — это не забитый малопоместный барон Гордон, не безденежный вояка Дортон и не хлыщ Нарон. Буркнув под нос что-то, что с одинаковой вероятностью могло быть и ругательством, и извинением, Лоран вышел из моей комнаты, на этот раз аккуратно прикрыв дверь.

Я проводила его задумчивым взглядом. Буйный характер и задетая гордость артара постоянно давали о себе знать, а ведь я пока только познакомилась с женихами. Упрямый, Лоран, даже узнав правду, продолжал вести себя так, будто перед ним Селенира. И это уже ущемляло мою гордость. Как бы меня ни тянуло к нему, быть заменой я не желала.

— Замкнутый круг, — грустно пожаловалась я Пушку, активно наглаживая его шерстку. Никар сочувственно фыркнул. Ну, или мне показалось, что хотя бы он мне сочувствует…

Уснула я в расстроенных чувствах и с твердой уверенностью, что надо как можно скорей вернуться в замок и разыскать текст проклятия.

Следующие полдня я посвятила лени и безделью: вплоть до вечера, когда предстояло отправляться на премьеру местной оперы, я провалялась в кровати, решив, что мои расшатанные нервы нуждаются в отдыхе. Завтрак я пропустила, обед в спальню принесла служанка. На подколы Кладиры и Шарона, заглянувших в комнату утром и поинтересовавшихся, не пущу ли я корни прямо в постели, я ответила честно:

— Я бы с удовольствием, но Пушок не даст.

Когда подошло время собираться «в люди», я с большим сожалением отдала себя в руки прислуги. Нежно-лазоревое платье длиною до щиколотки, с открытыми руками и глубоким декольте, туфли в тон, золотые кольца и серьги — я снова, как и на императорском приеме, ощутила себя манекеном в ювелирном магазине. Прическа, макияж, шляпка и перчатки — и вот уже из зеркала на меня смотрит этакая элегантная леди.

Кладира выбрала изумрудный цвет в одежде, в остальном мы с ней, как и положено двойняшкам, были похожи.

— Отдохнула? — поинтересовалась «сестра», когда мы вдвоем уселись в наемный экипаж и покатили к театру.

— Чувствую себя ее хуже, чем вчера, — призналась я.

— Потому что отдыхают обычно с «пустой» головой, — нравоучительно заметила Кладира. — Ты же, думаю, только и делала, что пыталась найти выход из ситуации.

Я промолчала. Конечно, это не сестре Селениры предстояло в очередной раз на несколько месяцев выйти за нелюбимого. Легко рассуждать, когда тебе ничего не грозит.

Театр, большое двухэтажное здание с мраморными ступенями и колоннами, встретил нас светом и голосами.

— Мы точно приехали по адресу? — уточнила я, выходя из кареты.